— Раз уж мы пришли к полному взаимопониманию, — продолжил между тем дражайший шеф, — нужно обсудить еще кое-какие нюансы. Можешь считать, что твой испытательный срок завершен. Настало время серьезных дел.

Что-то меня это совсем не вдохновляет… но все равно послушаю, от меня не убудет.

— Я довольно долго готовился к одной экспедиции… пока неважно, куда именно. Но, должен тебе сказать, проект весьма перспективный. Если не в плане материальной выгоды, то… Ладно, потом. Короче. Денег я подкопил, в ближайшие же недели с грузоперевозками и пассажирскими рейсами мы завязываем. На неопределенный срок. И отправляемся в… неважно.

— Что-то я ничего не понял, патрон.

— А, забей! Скоро тебе все станет ясно. Пошли.

— Куда?

— Как куда? — удивился Пьер. — В медицинский отсек, вестимо. Тот парень, Тарасов, в себя пришел. Сначала с ним побеседуем, а потом и к нашему весьма содержательному разговору вернемся, — ухмыльнулся он в заключение.

Слова у дражайшего шефа с делом расходились весьма редко, а потому мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Я лишь плечами пожал недоуменно и выпростался из кресла.

Где-то в гиперпространстве, борт лайнера Magnifique,

6 июля 2541 года, день

Медотсек Пьерова корабля ничем не отличался от подобных помещений на тысячах других звездолетов, размер которых, понятное дело, позволял иметь такую роскошь. Да и от банальнейшей больницы недалеко ушел: такие же стерильные палаты с «веселыми» белыми стенами и потолками, напичканные медицинскими прибамбасами кровати, больше похожие на капсулы индивидуальной защиты, постоянно что-нибудь пищит или булькает… Обстановочка та еще. Приелась она со времен моего пребывания в военном госпитале после известных событий на Клео. Я вроде бы обещал рассказать?.. Ладно, потом как-нибудь.

Понятно, что сразу в палату к спасенному мужику попасть не удалось. Собственно, Пьер как раз собирался без лишних заморочек протопать прямиком в нужный бокс, но в коридоре нас перехватил главный корабельный медик — побитый жизнью седоватый мужик по имени Дитрих Шульц. Выглядел он весьма решительно, и конфликтовать с врачом Виньерон не стал.

— А, док! — расплылся он в приветственной улыбке. — Как хорошо, что мы вас встретили!

— Будет вам, Пьер! — отмахнулся медик. — Я прекрасно знаю, как вы относитесь к моим запретам. Хорошо хоть без сигары явились.

— А вот это уже злобная инсинуация! — рассмеялся шеф. — Когда это я в ваших владениях курил?