— Корабль как корабль, — пожал я плечами. — Старый списанный фрегат…

— Это да, — не стал спорить Тарасов, — но есть нюансы. Несколько лет назад я участвовал в одной занятной операции на Фронтире…

— Мне Пьер рассказывал.

— Даже так? Значит, он меня узнал… Короче, на Ахерон меня тогда послали главным образом из-за двух экспериментальных фрегатов. Один мы в конце концов нашли. Его разобрали буквально по винтику и воспроизвели в малой экспериментальной серии. На сегодняшний день, если верить моему начальству, таких кораблей в составе федерального Флота всего восемь. Один рейдер в дальний поиск отправили, и он Находку открыл. В новостях долго мусолили…

— Да, что-то такое слышал.

— Так вот, Пьеров Magnifique — второй. И единственный в частном владении.

Всего-то. Какая, право, мелочь — корабль, по точности прыжков превосходящий все современные аналоги в несколько раз. Когда еще такие в серию пойдут, а у Пьера он прямо сейчас в деле. Однако…

— А Пьер знает?

— А я знаю? — сделал большие глаза Тарасов. Меня, скотина, изобразил. — Это и есть мое задание. Я должен внедриться в команду и выяснить, как «Гордый» к нему попал. Наши вообще не чесались, пока Пьер не отремонтировал старую рухлядь и не вышел на трассу. Ты бы видел, что тут началось! Правда, я сам тоже не видел, но мне рассказали. Как наши ни пытались, но проследить путь фрегата не сумели. Он как будто из ниоткуда вынырнул. Может, ты знаешь?

— Нет, шеф в подробности не вдавался. Сказал, что купил.

— Жаль. Значит, задание в силе. Ты мне поможешь?

— Пьер интересует вас только как владелец корабля? — на всякий случай уточнил я.

— В основном. Вообще, он неплохой источник информации о контрабандистах и черных археологах, кое-кто был бы не прочь и эти вопросы с ним обсудить. Но «Гордый» — цель номер один.

— Так конфисковали бы давно, и все.

— Не все так просто, друг Пашка, — вздохнул Тарасов. — Секретность, мать ее. Про все эти дела давно минувших дней знает очень мало народу, и народец этот в основном из той породы, что не ищет легких путей. Да и не корабль по большому счету ценен, а информация, которая может содержаться в его центральном компьютере. Стратегически важная. Как-никак он участвовал в Большой Войне буквально с первых же дней.

Блин, и здесь политика, не иначе.

— Понятно. А если я прямо сейчас на тебя шефу накапаю?

— Прямо сейчас не успеешь. А чуть погодя я тебя придушу. Или шею сверну, не решил еще.

— Значит, у меня нет выбора. — Я сделал вид, будто поверил угрозе. — Придется сотрудничать. Где договор-то?..

— Не паясничай.