— Я бы не был столь категоричен, — ответил Фей'лия резонно. — Лорд Вейдер оскорблен вашей недоверчивостью, но это вовсе не означает, что он от вас отказался. Я уверен, что его гнев остынет… миледи, да и до того, как он успокоится, он всё равно будет участвовать в вашей судьбе, я уверен! И лорду вряд ли понравится, что вы затеяли такую опасную охоту.

— Вот и посмотрим! — процедила Ева. — Очень интересно было бы взглянуть ему в глаза после того, как я расстреляла б эту дрянь… пусть тогда посмел бы сделать вид, что оскорблён! Соглашайтесь, Борск, — Ева зло усмехнулась, одна слеза скатилась из хрустальных глаз на пылающую щёку, но женщина словно не заметила её, машинально отерев слепящую влагу с ресниц. Её лицо было неприятно, сосредоточено, и было совершенно ясно, что она не откажется от задуманного. — Если я влипну в неприятности, вы первым известите лорда Вейдера об этом, и, если он немного дорожит мной и успеет… успеет, то вы получите некоторую благодарность от него.

— Даже думать не смейте! — шипел разгневанный ботан. — За кого вы меня принимаете?!

— За умного и расчетливого мужчину, — парировала Ева. — А вот вы держите меня явно за истеричную дуру. Вы что, правда, думаете, что я накинусь на эту особу одна, с голыми руками? Лорд Вейдер ясно дал мне понять, что она ситх, и, наверное, не уступает ему в силе.

— Вот! И как вы собираетесь с ней справиться?

— Солдаты на что? Оружие? Я просто выжгу её логово напалмом, как муравьиную кучу! — с ненавистью выговорила Ева, яростно терзая складки платья. — А вокруг поставлю оцепление и велю расстреливать любого, кто появится в поле зрения.

Фей'лия скроил задумчивую физиономию.

— У лорда Вейдера не получилось её уничтожить, — осторожно заметил он. — Почему вы думаете, что вам удастся?

— Потому что я не на дуэль её зову, в отличие от Лорда Вейдера, — рявкнула Ева. — Я просто хочу её уничтожить.

39. Тропа Силы (+18)

39. Тропа Силы (+18)

Риггель встретил Еву мокрым снегом с дождём, влажным тёплым воздухом и раскисшей снеговой кашей под ногами.

С взлетной площадки вся слякоть было выдута горячим дыханием вечно раскалённых дюз, и обнажённые плиты были по-летнему сухи и голы, словно пламя вымело всю грязь с них своим растрёпанным веником.

Шагая по ним, Ева ещё как-то держалась. Звуки шагов — чёткие сухие щелчки каблуков по серому граниту, отполированному почти до зеркальной гладкости, — успокаивали. В этих отточенных чётких звуках она слышала уверенную поступь Вейдера, шагающего против зимней пурги, чуть наклонившего лицо, которое сёк злой ветер, набитый под завязку колючим сухим снегом.