— Я не могу вывезти такие вещи, если их будет много, — сказал Эдмонтон после короткого раздумья. — Существуют различные… э… бюрократические трудности, не говоря уже о том, что приходится кое-кого подмазывать. Но у меня есть знакомый, который занимается подобного рода делами. Я могу устроить вам встречу.

Кьюллен несколько мгновений раздумывал над этим предложением, взвешивая, что безопаснее — вовлекать в дело еще одну сторону, о которой он не знал совершенно ничего, или рисковать тем, что его будут знать буквально все антиквары города. Ему удалось найти дельца нужного типа буквально с первого захода. Какой-нибудь другой попытался бы узнать намного больше о тех вещах, которые его совершенно не касались, стал бы задавать вопросы, а то и попытался бы вызвать полицию.

И еще он очень хотел поскорее покончить с этими делами. Закончить и поскорее выйти из дела, начать новую жизнь.

— Согласен, — произнес он, протягивая руку. — Мои деньги.

— Разумеется, — улыбнулся в ответ Эдмонтон. — Извините меня.

У него хватило такта оставить драгоценности на прилавке, когда он исчез в комнатке за прилавком.

Кьюллен непрерывно оглядывался, скользя взглядом по античным монетам за стеклом витрин, по моделям небольших орудий и самурайским доспехам, прислушиваясь к пробивающемуся через прикрытую дверь приглушенному голосу Эдмонтона, неразборчивое бормотание которого перемежалось длинными паузами — он явно говорил по телефону. Раздобуду одежду, думал он, куплю машину, найду квартиру, может быть, не в Нью-Йорке, и начну новую жизнь… Когда шустрый маленький торговец вернулся, в его руке был конверт, который он, не говоря не единого слова, протянул Кьюллену.

Кьюллен открыл его и бросил взгляд на его содержимое. Сотенные банкноты распирали конверт. Он едва расслышал слова Эдмонтона:

— Я организовал для вас встречу здесь сегодня вечером. В восемь.

Подняв глаза, он разобрал легкую усмешку Эдмонтона:

— Если вам позволят в это время ваши дела.

Кьюллен опустил конверт в карман, в котором были драгоценности, и ответил тоже с сухой усмешкой губ:

— Меня это вполне устраивает.

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

Потрясенный и смятенный хаосом, воцарившимся в комнате Отца, Мышь скрылся в своей Мышиной Норе, чтобы обрести покой за своими обычными делами. Сейчас он был поглощен работой над одним устройством — акустическим эхолокатором, с помощью которого он и нашел тот затонувший корабль. Поэтому Мышь еще повозился с ним, разобрал его и стал размышлять, не соорудить ли из его частей что-нибудь другое — например, беспроволочный приемопередатчик или устройство для отпугивания летучих мышей. Когда он нашел сокровища и поделился этим секретом с друзьями, он смотрел на это как на игру. Почему же все так нехорошо обернулось?