Глядя на тот металлолом, который она несла, глядя на широкую спину идущего впереди Мыша, на мелькание по стенам изломанных теней идущих между ними спутников, Катрин признала, что у Винсента были основания так говорить.

«Он знает туннели лучше, чем кто бы то ни было из нас, даже лучше меня, — сказал Винсент во время их другого свидания, в ночь с проливным дождем, она вспомнила, что тогда он впервые вошел в ее квартиру, но тем не менее готов был исчезнуть при малейшей опасности… — Туннели для меня дом родной, я их исходил и облазил, но для него это больше, чем просто дом, это его единственная защита и спасение. Я не знаю, сколько времени он в них скрывался, жил в них, таскал еду из кастрюль Мэри и из городских магазинов, — он сам этого тоже не знает, как не знает того, откуда он взялся и как оказался здесь. Да, это на самом деле так»

Шагая вприпрыжку по туннелям, спускаясь со своими спутниками все глубже и глубже в недра земли, Катрин буквально слышала голос Винсента, как если бы он шел сейчас рядом с ней, ощущала этот голос, шершавый, как камень, но в то же время мягкий, как шелк, — слышала его и вместе с ним шум дождя, стучавшего тем вечером им в окно. Она вспомнила, что огни в ее квартире были тогда погашены — еще одна предосторожность, чтобы никто не помешал им, — и Винсент был только теплой тенью во мраке рядом с ней, голосом в темноте, тем же, чем он был, когда она впервые узнала его…

«Ему даже не надо света, чтобы ориентироваться, не надо касаться стен или считать повороты, как это делают другие, — он инстинктивно знает, где он находится, как знаю это и я, по запаху земли, по звукам метро, по движению воздуха в туннелях».

Они опускались все глубже и глубже, оставив над своими головами царство бетонных труб и облицованных плиткой коллекторов ливневой канализации и вступив в горизонт обнаженных скальных разломов, проходивших глубоко под улицами города; похоже, это и было их целью. Они миновали предупредительные знаки, освещенные неверным светом факелов, прошли сквозь самодельные двери и в одном месте через баррикаду из полусгнивших бревен, а потом туннели сузились, в них стало гораздо влажнее, зеленоватого цвета вода стекала по стенам, пол бугрился под ногами, из трещин и разломов в стенах дули какие-то странные ветры.

— Это Пропасть, — шепнула Джеми Катрин, когда они шли вслед за Мышом по круто спускающемуся туннелю, который завивался в темноте, как штопор. — Мы всегда боялись ходить сюда — я не была здесь уже несколько лет. Однажды я здесь потерялась. Мышь и Винсент нашли меня Они знают это место…