Ровер показал наблюдателям последствия попаданий снарядов гиганта. Не менее десяти человек были мертвы – все, кто не успел броситься на землю. Нескольких буквально разорвало в клочья.

Улица опустела. Только инфракрасные метки показывали живых и мертвых, но не успевших остыть людей. Бойцы залегли и укрылись. Наступающие с юга по проспекту повстанцы стреляли по металлическому монстру. Но было непохоже, что это может его остановить.

Впрочем, он не стоял на месте, а все время маневрировал. И постоянно стрелял, делая лишь небольшие интервалы, чтобы не перегревались орудия. У него были крепления для тяжелого штатного оружия – тяжелых пулеметов, управляемых ракет и танкового рельсотрона. Но имелись и дополнительные манипуляторы, похожие на суставчатые щупальца, – ими можно взаимодействовать с любыми предметами не хуже, чем руками. Можно было даже стрелять из ручного оружия и рвать тех, кто подберется близко. Впрочем, последнее вряд ли необходимо оператору такого железного зверя. Никто не приблизится к этому монстру – если, конечно, находится в своем уме.

Своим классом и огневой мощью он был похож на танк, и, как и настоящий танк, отнюдь не был медлительным. Мог нестись со скоростью лошади и даже быстрее. Но оставался относительно неповоротливым (в сравнении с человеком) и крупногабаритным. Поменьше танка, но в несколько раз крупнее пехотинца.

Минусов у него было немного, но все же были. Например, в нем невозможно залечь. Можно только присесть и уж точно нельзя спрятаться в узком месте, вскарабкаться по приставной лестнице. Весит «Мастодонт» больше пятисот килограммов. При отказе сервомоторов пилот не сможет не то что передвигаться – пошевелиться, а если машину заклинит после падения – будет беспомощен, как перевернутый на спину жук. Броня выдерживает прямое попадание из разных типов ручного оружия, а система компенсаторов позволяет пилоту получать при этом только легкие ушибы. Но, конечно, законы баллистики не обманешь, и у всего есть предел.

– Отходим! – кричал кто-то. – ¡Retirada! ¡Retirada!

И действительно – все, кто остался жив, откатились назад на несколько сотен метров.

«Надо дать им знать, чтоб стреляли по ногам», – подумал Макс. – «Лобовая броня у него как у фашистского „Тигра“, не по толщине, а по прочности».

Но передать это в эфир было нельзя, потому что перехват мог поставить под удар их миссию. К счастью, не он один был такой умный. Кто-то из герильяс, перестав безуспешно долбить лобовую броню, прицелился и попал гиганту в сочленения гибких искусственных мышц, заменявших ему коленные суставы.