— Тринадцать лет — прекрасный возраст, чтобы умереть…

Он был уверен, что его рассказ продлится до утра. Какое разочарование! Всей жизни хватило едва на полчаса. Обидно, сэр! Вот так живёшь, живёшь…

— …не знаю, кого сегодня пытались убить. Меня? Тахтона в моём теле? Я теперь уже ничего не знаю, мэм. Я даже застрелиться — и то не могу.

Опустошённый, выжатый как лимон, Джош поник головой.

— Да, — кивнул проповедник. — Вы действительно тот, за кого себя выдаёте. Джошуа Редман, блюститель закона в Элмер-Крик.

— А вы сомневались, сэр? — не утерпел Джош.

Силы вернулись, кулаки сжались. Вот ведь какой вредный святоша попался! Прямо Фома Неверующий!

— Сомневался, мистер Редман. Ложная душа, которую вы называете тахтоном, могла попытаться обмануть нас. Прикинуться вами, чтобы обезопасить себя. Если честно, я ждал обмана, ибо ложь…

Не закончив фразы, проповедник застыл, как громом поражённый. Лицо его заледенело, лишь глаза продолжали жить — две проруби в речном льду, полные ужаса и смятения.

— Господи! Прости меня! Я не ведал, что творю!

— Что с вами, преподобный?

Мисс Шиммер тоже была поражена внезапной переменой.

— Души! Ложные души! Все, кого я уничтожал годами! Я не знал пощады, не испытывал ни тени сомнения. Был уверен: им не место рядом с созданиями Божьими. Но теперь, когда я встретил вас, мистер Редман…

Пастор схватился за голову:

— Да, среди них были бесы, дети тьмы, надевающие нас на себя, как водолаз надевает костюм для погружения. Но были и несчастные изгнанники! Души человеков, подобные вам! На реках вавилонских сидели они и плакали, а я — ничтоже сумняшеся, искренне веруя, что следую стезёй праведных, я убивал всех без разбору! Я считал, что ложная душа может сопутствовать человеку, невидимая для большинства, что она может спрятаться в сыне Адама и Евы от моего выстрела. Одержимость — недуг, известный с давних пор. Но мог ли я предположить, что гость способен выгнать хозяина из дому, на дождь и мороз? Бросить умирать под забором? Mea culpa, mea maxima culpa[36]!

— Мой бог! — ахнул Джош. — Ваше преподобие, вы что, беса от человека отличить не можете?!

— Душу человека, мистер Редман. Душу, понимаете? Увы мне! Я не вглядывался, не искал отличий. Человека сопровождает ложная душа? Мой долг избавить его от неё! Это всё, о чём я думал. Сколько же невинных, сколько истинных душ я погубил?! Как мне искупить сей непомерный грех?!

В голосе проповедника звенело отчаяние.

— У вас в шансере, — спросила мисс Шиммер, — есть отпущения грехов?

Вопрос дошёл до пастора не сразу.