Кэр Лаэда взглянул на Ньес. Увидел тёплый огонёк в глубине глаз, тревогу – за него, ни за кого другого! – и спокойную уверенность: «Я всегда смогу помочь».

– Я не понимал, что это за мир. Думал, что один из множества, лежащих в Упорядоченном. Полагал, что не составит большого труда из него выбраться, встать на межмировую тропу, добраться… домой. До места, которое я зову Долиной Магов. Но дороги не находилось, выход отсутствовал. Тогда я подумал, что это просто такой мир, плотно запечатанный, быть может, Древними Богами, живущими в нём, или иными силами. Я всё равно верил, что тропа отыщется. А пока – пока я должен помочь тем, кто здесь живёт. Мы спорили с тобой, Аэ, тогда, в замке того барона…

– Сэра Руфуса вер Бригга, – уточнила Аэ. – Но давай не будем вдаваться… во все детали нашего спора.

– Не будем. Ты говорила, что этот мир населён лишёнными душ – но я знал, что это не так. Совсем не так.

– Конечно не так, – фыркнула драконица. – Но ты должен был понять это сам. Это – и не только.

– Как все любят направлять меня на путь истинный, – покачал головой Фесс. – Все, ну буквально все лучше меня знают, что надо делать.

– Нет, – с отчаянием сказала Аэ. Сказала с настоящими слезами в дрогнувшем голосе. – Я дракон. Я вижу больше и дальше, я знаю, как избежать беды и как пройти до конца; но пройти-то можешь только ты и только ты сам. Никто тебе не поможет, даже я. Даже Прадд с Сугутором тебе бы не помогли. Вернее, помогли бы, но всё б испортили. Но теперь ты понял, кто ты.

– Да. Там, в Городе греха…

– Постойте! Погодите! – в отчаянии завопил отец Этлау. – Ну хорошо, меня сударь наш некромант помнил и очень хорошо. Допустим. В общем, я даже польщён. Драконица Кейден призвана была взять под своё крыло сударыню Аэсоннэ. Дева Этиа же…

– Дева Этиа, – Аэ вперила огненный взор в рекомую деву, и та немедля попыталась спрятаться за спиной юного сэра Конрада. Правда, без особого успеха. – Дева Этиа – это ключ. А лич – это замóк.

– Но я тоже в Саттаре сударя некроманта не видела! – пискнула дева.

– Ему, – снисходительно усмехнулась Аэ, – требовалась просто нежная и трепетная дева. Которая, гм, привлечёт мёртвого колдуна.

– То есть сударь наш Фесс…

– Воплотил нужное ему. А воплощать он почему-то считал допустимым только тех, с кем он столкнулся в Эвиале или кого хорошо себе представлял. Именно с Эвиалом у него особо сильная связь, там он стал Разрушителем, и эта ипостась требовала проявления.

– Да… – вздохнул отец-инквизитор. – А о деревце-то мы, похоже, и забыли… Всё в сторону уходим.