Светлый фон

Листики внезапно колыхнулись. Раздался негромкий звон серебряных колоколец, и от тонкого ствола отделилась туманная фигурка – крошечная, не больше пальца.

Драконицы, мать и дочь, разом вздрогнули.

– Простите, – прошелестело в воздухе. – Простите меня, если сможете…

– Сегодня кое-кто уже просил прощения, – говорить отважился только Фесс. – Но ты ничем не виновата перед нами, прекрасная дриада, хозяйка волшебного древа.

– Она не дриада, – вдруг резко бросила Аэ.

– Я не дриада, – подтвердила малютка. Золотистые волосы рассыпались по плечам, зеленоватое платье очень напоминало наряд самой Аэ. – Но я помогла тебе, драконица, разве нет? И ты знаешь, кто я. Память твоей крови не лжёт.

– Владычица… – начала Кейден.

– …Ялини, – закончила Аэсоннэ.

– Бывшая владычица, – вздохнула кроха. – Не хочу об этом вспоминать. Ялини. Просто Ялини. Ну, или Ярина. Так меня тоже звали.

Бывшая

– Мы знаем, кто ты, – с непроницаемым лицом сказала Кейден.

– И я знаю, кто вы. Впрочем, кем мы были, не важно. Я отреклась от своего прошлого. Я заплатила – и не один раз. И спасибо вам, что вы таки прошли путь до самого конца, вырвав меня из лап Хаоса. Стать его частью – не слишком приятная участь.

– Богиня Ялини. Из рода Молодых Богов. Одна из Семерых…

– Осознавшая их ошибки и старающаяся искупить их, – очень серьёзно продолжила малютка. – Вы спасли меня. И да, у этого мира появился шанс. Впрочем, не только у него.

Конец

Дополнения. Первая версия начала истории

Дополнения. Первая версия начала истории

– Это здесь, – сказала Аэсоннэ.

Жемчужноволосая девчонка, очень молодая девушка, стояла на дикой высоте, над самым краем обрыва. Скала цвета запёкшейся крови обрушивалась прямо у неё из-под ног, чёрные сапожки, казалось, вот-вот соскользнут с острого гребня; Аэ покачивалась на носках, пятки висели над пропастью.

Щегольская курточка, короткая, со вшитой в рукава бахромой. Жемчужные волосы распущены, кажется, их стало ещё больше. Белая рубаха целомудренно застёгнута на все пуговицы. Узкие брючки, вызывающие неизменный ажиотаж на местных рынках, шипение кумушек «бесстыдница!» в спину да потерю дара речи у местных юнцов.