Он что-то чувствовал, этот Гольдони. В конце концов, сумел же он обхитрить того самого дракона, заполучив «Душу»!..

– Прекрасно вас понимаю, синьор. Но, быть может, вы всё же откроете двери?…

– Что?… ах да, да, конечно. Дверь. Как я мог забыть…

Ключ в замке, оправдывая славу цвергов – то есть местных гномов, – провернулся совершенно бесшумно.

Открылся тёмный проход, узкий и низкий. Здесь кончалась каменная кладка и начинался тоннель, вырубленный в дикой скале.

А по обе стороны прохода на полках громоздились человеческие кости. Сложенные с пугающей аккуратностью и чёткостью, будто выверенные по нити. Кость к кости, явно скреплённые клеем. Покрытые вековой пылью. Мёртвые, неподвижные, тупо пялящиеся пустыми глазницами перед собой…

Аэсоннэ сощурилась, вскинула руку – правый кулак вновь полон янтарного огня.

– Это здесь?

– Что «здесь», пре… синьорина?

– «Душа Дракона». Он ведь здесь, этот камень?

– Помилуйте, синьорина, ну мне-то откуда знать? – очень натурально развёл руками маэстро.

– Ну, а кто же ещё знает… – неопределённо протянула драконица, первой шагнув за порог. Фесс болезненно сморщился – где-то глубоко в груди движение Аэ отозвалось странной тянущей болью. – Но на нет, маэстро, и суда нет.

– Э-э-э… я пойду тогда, ведь верно? – робко осведомился чародей. – Я ведь вам больше не нужен, правильно? Вход этот единственный, я стража сейчас отзову…

Аэсоннэ бросила быстрый взгляд на некроманта. Взгляд, говоривший обо всём сразу.

– Нет, маэстро. Вы – с нами. До самого конца.

– З-зачем? – втянул голову в плечи волшебник.

– Зачем? Имя Фреарн вам ничего не говорит, маэстро? – сощурилась драконица, роняя из сжатого кулака капельки янтарного огня. Почтенный мэтр Гольдони провожал их взглядом, словно заворожённый.

– Как вы это делаете, прекрасная синьорина?

– Всё покажу, как только закончим тут, – Аэ глядела прямо в глаза старику и улыбалась – фальшиво, знал Фесс, но знал только он. Любой другой запросто потерял бы голову от этого взгляда.

– Но я правда не знаю…