Пол, Пол — кто это? Про «Ф. Поола», одного из соавторов романа «Операция «Венера», я, конечно, был в курсе — все же одна из первых и лучших книжек знаменитой «мировской» серии. Как, безусловно, запомнился прекрасный рассказ «Туннель под миром». Что еще? Пара других переведенных рассказов да маловразумительные воспоминания тех самых, со спецдопуском — о встрече с Полом на некоем международном симпозиуме в Токио… Собственно, и все, что я мог тогда выудить из памяти.

Между прочим, та самая книжица из серии «Зарубежная фантастика» (с предисловием самого Ефремова) оставалась единственным книжным изданием Пола на русском языке аж до конца 80-х! Захватив ее с собой — для автографа, я и отправился лицезреть моего первого в жизни американского фантаста во плоти и крови.

Впечатление о нем с той первой встречи я вынес смутное и, честно признаюсь, не очень приятное. Во-первых, на месте выяснилось, что к нам в страну гость прибыл по линии американского Госдепа — прочитать информационно-просветительскую лекцию (позже тем же манером приезжал другой известный американский фантаст и критик — Джеймс Ганн). Так что аудитория, с опасливым любопытством поглядывая на некоего безликого чиновника из американского посольства и еще более подозрительного переводчика оттуда же, держалась напряженно: текст заморского гостя никто не утверждал, а ну как ляпнет чего — опять на бедную фантастику навесят всех собак…

Кроме того, уже тогда на американского фантаста начали предъявлять откровенно монопольные права помянутые «спец-допущенные», из коих особым рвением выделялся главный редактор журнала «Техника — молодежи» Василий Захарченко, личность в ту пору влиятельная и зловещая. И живое общение гостя со всякими «лишенными допуска» в планы тогдашнего литературного «барина» явно не входило… Да и фильм оказался изрядным старьем 50-х — «Запретной планетой», и о переводчике-синхронисте, как водится, вовремя не позаботились!

Словом, мероприятие удовлетворило, видимо, лишь тех, кому было положено «обеспечить» и «бдить». Я же был откровенно разочарован.

После этого были и другие встречи с Полом — с десяток за последние полтора десятилетия, но они ничем не напоминали ту первую, скованную, скучно-официозную, которую сегодня уже нельзя воспринимать иначе, чем курьез. Все в окружающем мире решительно изменилось, и, надо сказать, претерпел трансформацию в моем сознании сам образ Пола: по крайней мере сейчас это имя вызывает в памяти не только два десятка прочитанных книг, но и яркую, симпатичную личность.