В те годы слово «фэн» означало прежде всего читатель (а только во вторую, третью, десятую — бизнесмен, издатель, бард, собутыльник, «профессиональный» тусовщик, как ныне…). И молодой Пол читал фантастику запоем. «Не могу сказать точно, сколько же я прочитал, но в свое время путем сложных подсчетов оценил это число в 5x10 в 8-й степени слов. Иначе говоря, полмиллиарда слов — почти вдвое больше, чем их содержится во всех книгах, напечатанных в Соединенных Штатах за среднестатистический год».

А познакомился он с настоящими фэнами впервые в Высшем техническом училище Бруклина, или как его называли все — Бруклин-Техе, куда Пол поступил по окончании начальной школы. В это учебное заведение привела его любовь к научной фантастике: поскольку в те годы в стране не было ни одного колледжа, где бы преподавали дисциплину с таким названием («…даже ни одного специализированного колледжа с уклоном в естественные науки… — а жаль, мне казалось, я мог бы стать неплохим физиком или астрономом», — вспоминает Пол), то пришлось довольствоваться Бруклин-Техом.

«Многие курсы были посвящены естественным наукам, которые в моем воображении были частью любимой научной фантастики. Кроме того, само заведение считалось престижным: чтобы поступить в него, требовалась специальная подготовка. Ничего лучшего моя душа — душа двенадцатилетнего сноба — придумать не могла».

Кроме того, что все они были «запойными» читателями, фэны той поры с неизбежностью становились и заядлыми коллекционерами. «Коллекционирование книг, — утверждает Пол, — первый характерный симптом заболевания, именуемого «фэндемией». Второй, не менее тревожный симптом — попытки писать».

Впрочем, этот последний вывод Пола относится ко временам более поздним. Пока же он вовсю отдался стихии чтения, книгособирательства и не менее специфической для фэндома оргдеятельности — какого же истинного фэна миновала чаша сия!

Вместе со столь же юными Айзеком Азимовым, Джеймсом Блишем, Деймоном Найтом, своим будущим неразлучным соавтором Сирилом Корнблатом Фредерик Пол был одним из организаторов знаменитой фэн-группы «Футурианцы» (The Futurians), оставившей яркий след в довоенной истории американского фэндома. А также одним из организаторов самой первой легендарной Конвенции. Она состоялась в Нью-Йорке, в 1939-м…

На этом событии следует остановить особо.

Главным заводилой первого Кона, впрочем, был не Пол, а его друг и позже коллега по редакторскому ремеслу — Дон Уоллхейм. Именно последнему пришла в голову отменная мысль: приурочить историческое событие к запланированной на тот же год в Нью-Йорке Всемирной выставке. На нее должно было съехаться полно народу со всех Соединенных Штатов; почему бы, рассудили местные фэны, не созвать также и собратьев по разуму.