– Как одуванчик, – вдруг произнесла Салли. – Или гриб-дождевик. Колонизировать любое свободное пространство с максимальным охватом, как можно быстрее, прежде чем кто-то другой воспользуется возможностью. И это означает рассылать семена во всех направлениях и как можно больше.

– А, я понял. – Стэн закрыл глаза. – Они разрывают на части Землю. Собирают распыленную массу и превращают в…

– Вероятно, в свои копии, – предположил Лобсанг. – Их количество потрясает. Если они превращают целый мир в орду жуков, каждый из которых, скажем, весит примерно как человек, их могут быть десять миллиардов триллионов, разбросанных во всех направлениях. Гораздо больше, чем звезд в Галактике.

Стэн добавил:

– И, в принципе, каждый способен обосноваться в нетронутом мире и копировать себя, пока дело опять не дойдет до такого количества.

– Вот поэтому нам нужно было позаботиться о том, чтобы жуки не распространялись по Долгой Земле, и мы заперли их здесь. Иначе…

Салли улыбнулась.

– Иначе через несколько лет миры Долгой Земли лопнули бы один за другим, как гирлянда хлопушек. – Она щелкнула пальцами, изображая взрывы. – Бум! Бум! Бум!.. И из каждого зараженного мира жуки распространились бы по всей Галактике.

Стэн покачал головой.

– Знаете, я говорил своим последователям, что самое главное – не навредить. Этот мир был необитаемым, с довеском собственной жизни, уникальной, невосполнимой. Какое существо способно на такое?

– Существа вроде людей, – прямо сказала Салли. – Вот и все. Не представляю, что бы ты сказал, если бы хорошо познакомился с Базовой – что мы с ней сотворили под конец.

– А еще люди строили соборы, – тихо проговорил Стэн.

– Наверное, даже в ситуации с жуками нельзя делить все на черное и белое, – сказал Лобсанг. – В начале мотив мог быть более невинным, стремление к мирной колонизации. Возможно, эти жуки произошли от мутировавших особей. Стали отщепенцами. Может, запрограммированное стремление быть продуктивными, не растрачивать впустую имеющиеся ресурсы, трансформировалось в заповедь использовать все ресурсы, до которых можно добраться. Что ж, преобразованные ими места будут аккуратными, но это аккуратность смерти, стерильности. Кроме того, они по своей сути не кажутся злыми. Они, похоже, даже играли с детьми в Нью-Спрингфилде. Просто они вышли из-под контроля.

– Чушь, – возразила Салли. – Лобсанг, ты перемудрил. Жуки такие же, как мы, вот и все. – Она взяла пластиковую тарелку с сэндвичами. – С курицей или говядиной?

Лобсанг нерешительно взял с курицей.

– Есть одна возможность, о которой мне нужно вам сообщить. Прежде чем я ею воспользуюсь.