Салли кивнула:

– Я знаю. Каковы последние предположения?

– Не недели. Часы. Пара местных дней, если повезет.

– Без разницы, – сказал Стэн с авторитетом, который не сочетался с его возрастом. – Но нам нужно совершить «Прижигание» до того, как время истечет.

Салли крепче сжала его руку.

– Лобсанг, как мы это сделаем?

– Мы со Стеллой Велч проговаривали это… Давайте определимся, где мы. Этот мир по какой-то многомерной случайности стал точкой пересечения нашей Долгой Земли, нашей цепочки миров, с другой цепочкой. Другим Долгим миром. Цепочкой, к которой принадлежит мир, который мы зовем Планетарием.

– Как будто пересеклись и перепутались два ожерелья, – добавил Стэн.

– Именно так. Представьте это. Важно, чтобы вы представили… Перейдите по одной оси, на восток или запад, – и вы пойдете вдоль Долгой Земли. Перейдите в другом направлении, на север или юг, – и вы пойдете вдоль Долгого Планетария, как, похоже, сделали жуки. Значит, соединение Долгой Земли здесь необычно. Нарушено. Сейчас мы хотим изменить это соединение, сделать его таким, как надо нам. Представьте это. Стэн, представь, что ты станешь делать…

Стэн закрыл глаза.

– Можно взять ожерелье миров, Долгую Землю. Перекрутить нить так, чтобы изъять из цепи одну жемчужину – ту, которая перепуталась с ожерельем Планетария. Полностью отделить этот мир от ожерелья Долгой Земли…

– Да. Подумай об этом. Простой ремонт. Представь это. И ты, Салли. Переход – это всегда умственная способность. Даже процесс создания переходника напоминает мандалу, нечто вроде самогипноза, способ раскрыть потенциал, который уже существует в нас. Переход осуществляется посредством воображения: человек должен быть способен представить другой мир, в известной мере, достаточно подробно, чтобы достичь его. Очень хорошее изображение – настолько хорошее, что становится объектом, совсем как квантовая физика, в сущности, имеет дело с информацией…

– Лобсанг, – предупредила Салли. – Поменьше технической болтологии.

– Да-да. Прошу прощения. Но вы должны понимать, что проговаривание – неотъемлемая часть процесса. Для тебя, Салли, это как поиск слабого места. Другой вид трещины в соединении нашей Долгой Земли, где пересекается петля миров. Я видел, как ты их ищешь. Ты смотришь внутрь себя так же, как и вокруг. Ты располагаешься…

Салли попыталась представить это, попыталась представить, как тянется к слабому месту. Иногда их можно увидеть, увидеть мерцание в неярком солнечном свете, часто на пороговых границах: между водой и землей, возможно, на морском или речном берегу, на рассвете или на закате – на границе дня и ночи. И теперь, в этом мире, она достигла своей последней границы: между реальностью и нереальностью, существованием и небытием. Жизнью и смертью.