– Удивительно, как по-другому ощущается мир, когда ты в нем один. Освежает.

Лобсанг – репликант, ранее известный как Джордж Абрамс, – проворчал:

– Ты становишься похожей на Джошуа.

– Я воспринимаю это как оскорбление.

– Ну, я считаю это облегчением, – сказал Стэн Берг. – Что наконец-то все закончилось. Прощания. Теперь мы можем заняться делом.

Голос его звучал ровно, а лицо оставалось бесстрастным.

Салли переглянулась с Лобсангом. Внезапно этот человек, этот мальчик – этот суперинтеллект Следующих, этот пророк, этот мужчина – показался им действительно очень юным. Юным и испуганным. И он имел на это полное право, подумала Салли. Да, несмотря на юность, он взял на себя ответственность и смело встретил слезы матери, потому что видел опасность, вероятно, отчетливее, чем любой из них. Таково проклятье интеллекта Следующих: у тебя нет утешительных иллюзий.

– Идемте, – сказала она. – Давайте сделаем то, для чего мы остались. Куда пойдем? Полагаю, мы можем быть в любом месте этой разрушенной планеты.

Стэн осмотрелся вокруг.

– На вершину холма?

Лобсанг улыбнулся.

– Туда, где стоит, или стоял, мой дом. То, что от него осталось. Я согласен, если только нас не сдует.

Подъем на холм Мэннинг был некрутым, но трудным из-за ветра, который хлестал тем сильнее, чем выше они поднимались. На вершине Салли видела фундамент дома Абрамсов, ямы, которые они вырыли для нечистот и хранения, ряды углублений под столбы, очерчивающие брошенные поля. Но от самого хозяйства мало что осталось, кроме разбросанных повсюду обломков – ветер стер с лица земли результаты многолетних трудов.

Глядя сверху, Салли еще различала основные черты пейзажа, среди которого жили Лобсанг и Агнес: лес, ручей, привлекший поселенцев в это место. Но теперь вода в ручье стала коричневой, мутной от грязи, а лес умирал, израненный пожарами, побитый ветром, поваленный ураганами. Столетние стволы лежали, словно рассыпанные спички.

И солнце уже садилось за стремительно бегущими облаками, заканчивался еще один сокращенный день этого мира.

Салли крепко взяла спутников за руки. Они встали в тесный кружок лицом к лицу на этом пустынном холме, сопротивляясь порывистому ветру. Чтобы услышать друг друга, приходилось кричать.

– Когда нам вновь сойтись втроем? – спросил Лобсанг.

– Под ливень, молнию и гром? – усмехнулась Салли.

– Когда мечей затихнет звон. И будет бранный спор решен…[17] – Стэн сморгнул заливающий глаза дождь. – Не смотрите на меня так. В Майами-Запад-4 были хорошие школы. Там учили не только строить бобовый стебель.

– Что ж, уместная цитата, учитывая погоду, – сказал Лобсанг. – И это бой. Бой, который мы уже проиграли. Но, может быть, этим единственным ударом мы можем выиграть войну – войну за Долгую Землю. – Он посмотрел на их лица. – Итак, чтобы все мы понимали друг друга: некоторое время прогнозы по ускорению были неясными. За последние несколько дней энергия увеличивалась экспоненциально. Сложно смоделировать, сложно предсказать. Мы сказали семьям, что, возможно, у нас есть несколько недель. Но это для их спокойствия, да?