Я спешил.
А они не останавливались.
Я ожегся о ствол и выронил два патрона. И после этого понял, что, может быть, я не выстою. Не хватит времени. Время – самое дорогое. А тут со временем какие-то дурости…
Вперед выскочил кобольд с багром в руках. Я с удивлением заметил, что на шее у него болтается широкий ремень с шипами. Сработала Берта. Пуля раздробила кобольду шею, голова повисла на лоскуте кожи, затем и вовсе отвалилась. Кобольд сделал несколько шагов и метнул в меня багор.
От багра я увернулся. А кобольд рухнул, и почему-то из головы забила толчками черная жижа.
Появилась совершенно невообразимая пара. Пара сиамских близнецов. Сросшиеся руками. Одно существо. Дырокол убрал левого. Правый взвалил его на загривок и продолжил путь, Дырокол убрал и его. Они упали, я услышал запах.
Мертвечина.
Неожиданно ледяной штырь в моем легком исчез, а затем перешел в огонь. Это было бо. Очень.
Меня затошнило, я свалился на колени.
За спиной закричали. Оглядываться времени не было. Появился еще один. Берта отсекла ему ногу. Он пополз. Берта пробила ему лоб.
Берта пробила ему лоб. Справа. Еще раз. Еще раз. Справа.
Еще.
Еще.
Щелк.
Щелк.
Щелк.
– Все. – На плечо мне легла чья-то рука. – Все. Их больше нет.
Я лег лицом в песок. В правую щеку впилась горячая гильза.
Я смеялся. Боль медленно расползалась вверх, по шее.