– Не воевали, – подтвердил стратиг. – Но ведь они ушли в Средец. А мы берем город в осаду. Твои друзья будут воевать на стороне болгар...

– Если ты не отпустишь меня, то будут.

– Ты угрожаешь? – еще больше нахмурился ромейский начальник.

– Нет, и не думаю. Просто говорю, что будет. Мои друзья не уйдут из города, пока не дождутся меня...

– И как только дождутся тебя, то вступят в сражение вместе с тобой в одном ряду. А мы знаем, как страшен в бою твой меч. Мои катафракты с трудом сладили с тобой. Ты отправил к праотцам семь лучших воинов, еще столько же изранил. И это при том, что на тебе не было брони. А что будет, если ты будешь в латах да под прикрытием тяжелой пехоты?.. Нет, отпустить я тебя не могу. Потому как знаю, что в Средец ты едешь для того, чтобы воевать за болгар. Твой князь точит меч на великую Византию...

– Это неправда, – запротестовал Алеша. – Князь Владимир не хочет войны!

– Значит, войны хочешь ты и твои друзья! – настаивал стратиг.

– Нет! Я и мои друзья едем в Охриду за невестой.

– Я не верю ни единому твоему слову. И отправляю тебя в Константинополь. Там из тебя живо выбьют всю правду!

Это было как раз то, чего Алеша боялся. Долгая дорога в Царьград, встреча с императорскими палачами, пытки, допросы, унижения. Но он все стерпит. И будет крепко стоять на том, что князь Владимир не желает войны с ромеями.

Его бросили в глубокую яму, подали кувшин воды и кусок хлеба. В этой темнице он просидел несколько дней, а потом его присоединили к толпе болгарских воинов, взятых в плен в недавнем бою. Его приковали к длинной цепи и повели на юго-восток.

Это был скорбный путь. Озлобленные погонщики, жажда, голод, стертые в кровь ноги. Людей не жалели, гнали в Царьград как скотину. Одно утешало Алешу, раны его заживали, и силы не убывали, а, как ему казалось, даже прибывали. Вот что значит богатырская стать.

Путь был длинный и очень тяжелый. Филлиппополь, Адрианополь... В Аркадиополе пленников разделили. Выбрали самых сильных и выносливых, сковали одной цепью и погнали на юг.

Справа от Алеши, по другую сторону цепи шел высокий, крепкий, как бык, мужик. Тяжелые брови, скулы, тяжелая поступь. Но взгляд не тяжелый, и характер тоже. Он первый спросил богатыря, как его зовут. Представился сам.

– Знаешь, куда нас ведут? – спросил Дранко.

– Нет, – честно ответил Алеша.

– Воевать мы с тобой будем, – нехорошо усмехнулся он. – Я за болгар воевал, теперь вот за ромеев буду. На ромейских дромонах воевать будем. Начальниками нас сделают. Ты будешь начальником третьего справа весла, я начальником пятого справа. Все тут начальниками будут, – обвел он взглядом товарищей по несчастью.