Наэварра слушает не перебивая.

Пейрена, что в Роскании. Семеро эльфов публично казнены на главной площади. В целях устрашения применена очень древняя и жестокая казнь – распиливание деревянной пилой от промежности вниз, к голове повешенного за ноги. Народ едва не взбунтовался, требуя у властей прекратить эту мясорубку и просто повесить бунтовщиков. Власти послушались. Ночью местные эльфы подожгли здание ратуши и расстреляли из луков стражу, что прибыла на пожар. Еще двоих эльфов изловили и казнили. За укрывательство и содействие. На западе Таэлимы местные жители устроили погром в эльфьем квартале после того, как поймали одного из фрилаков, пытавшегося отравить колодец. Крестьяне забросали эльфа камнями, а потом вздернули на суку. Погромщиков разогнали. Ночью запылали дома на краю поселка. Крестьяне вышли с вилами и топорами на фрилаков, налетевших из леса, и сумели обратить их в бегство. Эльфы потеряли пятерых. Агенты Леода Шардэ проявляют все большее рвение. Запугивают лидеров эльфьих анклавов, пытаются вербовать шпионов, но безуспешно. Тогда в дело идут кинжал, яд, насланное магом проклятье. Разворачивается настоящая шпионская война. Фрилаки отвечают ударом на удар, но охота на командиров подразделений, начавшаяся пять дней назад, не прекращается. Об этом Ламиталарс рассказывал без удовольствия и бравады.

Наэварра слушал не перебивая.

Браги наблюдал за реакцией Сибиллы, но по лицу чародейки невозможно было что-либо понять. Она погрузилась в себя и слушала какие-то голоса. В этот час, после тяжелого долгого дня, наполненного душещипательными беседами и конспирацией, огр начал понемногу терять чувство реальности. Лунный свет. Качающиеся тени. Встревоженный лес. Части одной картины… Как долго продолжается эта ночная прогулка? Браги провел рукой по лбу. Негромкий голос Энандиэра казался частью какого-то странного сна. Страшила подумал, что дело в здешней земле. Что-то в ней есть. Бьется в глубине какая-то жила, ведущая эльфов тайным путем. В то место, о котором огру говорил Наэварра. Браги надеялся только, что долго блуждать не придется. Путешествие стало утомлять.

На какое-то время он, кажется, задремал. Першерон мерно ступал по руслу ручья и слегка покачивался, словно корабль на спокойных волнах. «Магия, – решил огр про себя, – магия. Неужели те, кто идет за нами, рискнут переступить опасные рубежи? Даже с чародеем?»

В какой-то миг ему приснился отрывок его частых ночных видений. Он на пустынном берегу озера. Ни птиц, ни зверей. Ничего. Вода с негромким шелестом накатывает на камни и песок. Браги шагает к воде, наблюдая за дрожащими бликами на движущихся волнах. Ему страшно. Как раньше, что-то холодное и отвратное касается его спины, затылка, трогает макушку. Но он идет. Вода все ближе. Огр подходит к самой кромке и забирается на невысокий камень. С него ему видно собственное отражение.