– Как скажешь.

В фойе концертного зала Эмиля встретила Алена. Она проводила брата в гримерную: это была просторная комната с ковровым покрытием на полу, обоями кофейного цвета и подсвеченными зеркалами вдоль стен. В центре гримерки стоял стол с закусками и напитками. В помещении присутствовало еще несколько артистов, ожидавших начала концерта. Все они были взрослыми и, судя по набору инструментов, принадлежали к числу академических музыкантов. Кто-то из них переодевался, кто-то перекусывал, кто-то разминался. Времянкин увидел свободное кресло в углу комнаты и направился к нему. Там он снял куртку и сел. Алена остановилась у накрытого стола, взяла чистую тарелку и нагрузила ее бутербродами. Затем подошла к Эмилю и вручила тарелку брату.

– Поешь, – сказала она и села рядом на невысокий пуф.

– Спасибо.

– Ты похудел. Нормально себя чувствуешь? А с носом что?

– Все нормально. Нос разбил в темноте, ударился об дверь.

– Кошмар! – Алена пригляделась к переносице брата и цокнула языком. – Сломал, похоже. Надо к врачу.

– Завтра схожу.

– Постригся.

– Да.

– Мне нравится.

– Хорошо.

– Эмиль, я была дома. Там какие-то надписи на стенах. На кухне и в коридоре.

– Да, прости. Я не успел стереть.

– Что это? Белиберда какая-то.

– Я все сотру, не бери в голову.

– Ты точно в порядке, братец?

– Точно. Не переживай.

– У нас уже на несколько недель вперед все расписано. Это определенные обязательства, ты же понимаешь?

– Конечно.