Надя высвободила пальцы, и ладонь тут же пронзила острая боль.

Малахия обеспокоенно нахмурился.

– С этим ничего не поделать, и не надо так на меня смотреть.

– Останься, – ласково попросил он.

Поразмыслив несколько мгновений, она все же опустилась на землю и прислонилась спиной к стене.

– Ты не сможешь это исправить.

– Все еще болит? – Он потянулся и, положив руку на тыльную сторону ее ладони, вновь переплел их пальцы.

Надя кивнула, прикусив нижнюю губу, а Малахия принялся закатывать ей рукав, невольно задевая кожу своими холодными когтями.

Перевернув ее руку, он с улыбкой провел большим пальцем по ее руке, а затем наклонил голову и поцеловал сгиб локтя. У Нади перехватило дыхание, а глаза закрылись, когда Малахия скользнул губами по ее предплечью. Он поцеловал ее запястье, отчего в груди Нади все перевернулось, после чего очень осторожно прижался губами к ее ладони.

Кровь забурлила в ее венах. Скользнув рукой по его щеке, она притянула Малахию к себе и, не раздумывая, поцеловала. С его губ сорвался изумленный вздох, а руки тут же обхватили ее талию и притянули ближе.

– Она твоя, – сказал он, когда они оторвались друг от друга.

Облачки пара от их дыхания смешивались в холодном воздухе. Его бледная кожа покраснела, а зрачки расширились. Сейчас он очень сильно походил на человека.

Малахия вновь поцеловал ее, слегка прикусив нижнюю губу, отчего у Нади вылетели все мысли. Но она все же сумела отстраниться и разогнать дымку удовольствия, туманящую разум. В лунном свете его губы казались припухшими, что не способствовало здравомыслию, но ей удалось сосредоточиться на его последних словах.

– О чем ты?

– Сгусток магии в твоей руке. Это твоя сила.

Надя растерянно покачала головой и подняла руку.

– Тогда почему она ощущается так?

«Почему так больно?»

Его брови нахмурились, а татуировка на лбу сморщилась.

– Я не уверен, но, может, это происходит потому, что ты отвергаешь ее? – в его тихом голосе звучала надежда.