– Не думаю, что это имеет значение.

Малахия тихо рассмеялся.

– Ты такая упрямая. Как это может не иметь значения?

– Боги все еще здесь. И я могу с ними разговаривать.

Малахия скривился, а Надя закатила глаза. Ну да, она слегка лукавила, но даже если они не хотели общаться с ней, все равно следили за происходящим в мире.

– Так что произошло на поляне? Что ты делала?

Она развеяла монстра на куски, используя свои силы.

– Не знаю, – ответила она.

– Это уже второе проявление невероятного количества магии. Интересно, всегда ли ты обладала такой силой, но не пользовалась ей, потому что сдерживала себя?

– И на то существовали веские причины!

Она погубила так много людей в момент божественного… ну… наслаждения? Надя старалась не вспоминать, насколько приятно оказалось использовать такое количество силы, даже если ей не удавалось удержать ее под контролем.

– Я не знаю, кто я такая. Я думала…

Она и сама не знала, что думать. Если бы она всегда обладала подобной силой, то уже давно закончила бы войну. Хотя это не совсем так. Не имело значения, на чьей стороне больше силы. Ведь если бы оказалось важно лишь это, то Транавия бы давно стерла Калязин с лица земли.

Малахия молчал. Его длинные пальцы медленно скользили по ее волосам. Нащупав булавки, которые удерживали косу вокруг головы, он аккуратно вытащил их и расплел локоны. Волосы светлыми волнами рассыпались по плечам, и он пропустил прядь волос сквозь пальцы.

– Надежда Лаптева, – задумчиво произнес Малахия.

Она вздрогнула, услышав в его голосе что-то, чему не могла подобрать определения. Надя собиралась предать его. И не имело значения, чего хотело ее сердце… Хотя крошечная часть ее желала, чтобы Малахия страдал за то, как поступил с ней.

– Я уже как-то говорил тебе, что ты можешь улучшить этот мир или разорвать его на куски, – тихо сказал он. – И все еще верю в это.

– Многое должно было измениться, – сказала Надя. – Но ты…

– Я сделал то, что считал необходимым, – ответил он. – Но это мало что изменило.

Она приподняла бровь. Очередная ложь.