– Но меня-то это не касается.

– А эти твои гурии… тут тоже нет смысла быть особо придирчивым, но даже если условно договоримся, что у них достаточно сносная внешность…

– Сойдут, – великодушно махнул рукой Махмуд.

– А тебе, начальничек, – добавила Мириам, – это еще припомнится.

– …не нужно забывать об одной обязательной физической особенности, – закончил Джубал.

– М-м-м, – задумался Махмуд. – Этот вопрос не слишком интересен для обсуждения. В Раю упомянутая тобой особенность будет не преходящим физическим состоянием, а скорее уж неизменным духовным атрибутом. Или ты не согласен?

– А если так, – решительно заявил Джубал, – то я уж точно уверен, что никакие они не гурии.

– Придется, – вздохнул Махмуд, – какую-нибудь из них обратить.

– Одну? С чего бы такая умеренность, на Земле сохранились еще места, где можно выбирать полную квоту.

– Нет, брат мой. Хотя Закон и позволяет четырех, человек не способен обходиться по справедливости более чем с одной, – и это сказал не я, а Пророк, в бесконечной своей мудрости.

– Ну вот, у меня и от сердца отлегло. Так какую же ты выберешь?

– Это мы еще посмотрим. Марьям, как там у тебя с духовностью?

– А иди-ка ты подальше! «Гурия», тоже мне придумал!

– Джилл?

– И это называется брат, – вздохнул Бен. – Ты что, не знаешь, что это я на нее глаз положил?

– Ладно. Так что, Джилл, вопрос временно откладывается. Энн?

– Ты уж прости, но у меня сегодня рандеву.

– Доркас? Ты – мой последний шанс.

– Стинки, – нежно проворковала Доркас, – и насколько, по твоему мнению, должна я быть духовной?