Калис посмотрела на дочь, потом на пустые саркофаги, один из которых явно предназначался Нимче.

– Могу я лечь с ней?

– Нет, в композит способны войти лишь носители знака.

– Почему?

– Тебе он навредит, ты же не избранная. А место, которое ты займешь, рано или поздно понадобится другому тектоманту.

– А это надолго? – спросил Кильон. – Если Нимча присоединится к вам, если займет свое место в композите, как быстро пойдет дело… то есть исцеление?

– Точно не скажу. Но пока композит не заполнен, работа предстоит сложная.

Кильон посмотрел на Калис, потом на Нимчу:

– Выбор за вами. Неволить тут нельзя. Медицинское заключение я уже озвучил: либо композит, либо Нимча погибнет. Лекарства из моей сумки ее не спасут. А это, – он показал на ждущие саркофаги, – это может спасти. Вполне вероятно, мы зря боимся, и процесс займет не так много времени.

– Этого ты не знаешь, – сказала Калис.

– Да, не знаю и обещать ничего не буду. Но в последнее время ситуация меняется быстрее, и это определенно знак. Своим существованием, Нимча, ты уже внесла вклад в перемены. Клинок прочувствовал это и ответил задолго до твоего прибытия сюда, так что представь, что может произойти при твоем личном участии. Зоны уже сдвигала. Я даже предположить боюсь, на что еще ты способна.

– Нам же сказали, что должны прийти другие, – напомнила Калис.

Кильон кивнул:

– Вот мы и поможем. Отправимся их искать. Рою, точнее, остаткам Роя нужна новая цель. А если нам странствовать по миру в поисках других тектомантов? Гоняться за ними не как за ведьмами, которых нужно бояться, а как за самыми ценными из живущих?

– Мясник прав, – заявил Фрей. – Нужно сделать именно так. А ты должна помочь Мяснику. У тебя огромный опыт, ты тектоманта вырастила.

– Я дочь не брошу.

– Одна Нимча не будет. – Фрей попробовал выпрямиться, не опираясь на колено. – Я останусь здесь. Шансов пережить дорогу обратно у меня не много, так что я мало чем жертвую. Вот и проторчу здесь, сколько получится.

«Пока не умрешь», – подумал Кильон, но даже Фрей не мог оценивать свои шансы так хладнокровно.

– У тебя с собой ничего нет, – произнес он вслух. – Могу отдать тебе докторскую сумку со всем содержимым, но даже так…

– Справлюсь. Я ведь с Джаггернаут справился, правда? Она найдет еду, воду и все, что мне понадобится. Главное, я буду жив и Нимчу не брошу. Обещаю, Калис! Ясно, тебе от этого не легче, но знай: одну ты Нимчу не оставляешь, я за ней присмотрю.