Конечно, как минимум половина из них (а я думаю, что все) были вовсе не сотрудниками гуманитарных организаций, а агентами иностранных разведок. Мы это знали, но лететь в город позволили, потому что скрывать там было нечего. Орочьи черви-копатели на самом деле хорошо поработали с ландшафтом. Мы, разве что, переживали, чтобы в момент инспекции не вылез на поверхность Клаус – случайно пропустивший эвакуацию последний из этих гигантов. С его нейтрализацией мы возились потом, считай, еще полгода, и этой истории можно посвятить отдельную книгу.

А на тот момент всё, что уцелело в городе, залили килотоннами воды «страховочные» порталы Касфара. Когда в армии зеленокожих назрел бунт, вернуть войска обратно позволяла только угроза затопления планеты. Короче, когда инспекторы и шпионы попали в зону катастрофы, у них не было повода сомневаться: город сметён селевым потоком с гор и превратился в грязное болото.

Моя машина миновала КПП без проволочек. Выбравшись на шоссе, изрядно потрёпанное за лето колесами тяжёлой армейской техники, я прибавил газа. Тянуть дальше нет сил, и так ждал почти год, пока прекратятся проверки, улягутся все подозрения. Доступ, опять же, получить не так просто. Руины ещё много лет будут считаться «заражённой», категорически закрытой для людей зоной.

Информацию о заражении умные головы в штабе операции не разглашали общественности. Умышленно тянули до последнего, пренебрегали нарастающим валом слухов и домыслов. Зато, когда в прессе стали открыто публиковать результаты анализов воздуха, исподтишка сделанных всё теми же псевдоэкспертами, а также воды из реки ниже по течению, то ни у кого уже не возникло повода усомниться в самом факте заражения.

Химики в разных странах мира, независимо друг от друга, обнаружили в пробах следовые концентрации опасных хлористых и азотных соединений. Некоторые лаборатории пошли дальше и вполне конкретно заявили: выявлены признаки применения боевых отравляющих веществ, в том числе – бензиловой кислоты.

После таких обвинений военные «вынужденно» сделали официальное заявление, в котором признали этот факт. По их версии, на пути оползня в момент катастрофы оказались старые законсервированные военно-химические лаборатории, а также хранилища реактивов и отходов. Там, помимо прочего, складировалась крупная партия боевой химии, изъятая полгода назад у международной бандгруппы при попытке контрабанды через границу одной южной республики. Когда аномальный южный циклон, бушевавший над регионом, спровоцировал сход горной породы, всё это могло оказаться в воде и воздухе.