Коста запомнил каждого из них. Каждое слово, фразу и жест. Отложил на-потом, чтобы достать из глубин памяти и проанализировать. Если Мастер Хо считал это место — домом, а этих — людей — лучшими в Империи, то Коста предпочел бы не иметь дома вообще.

— Давайте закончим… сколько можно тратить время… мы не можем договориться — нужно просто голосовать…

— Да… у нас осталось две оценки, и лист номера будет закрыт… Кайр прислал данные?

— Ещё нет… оценка ментального уровня будет позже…

— …наверное, занят рапортом на действия помощника, несовместимые с обязанностями помощника ментального мага, — желчно улыбнулся алхимик.

— Силовой потенциал — «единица», голосуем! Это — данность!

— Данность — это второй круг, потенциал — значительно выше, — возражал Старик, покручивая в руках очки.

— Мы оцениваем «данность», как метко выразился коллега. Текущие данные нового номера, если в ходе алхимического… в ходе обучения… что-то изменит показатели, мы непременно отразим это в карте, а пока — потенциал «нулевой»! — парировал алхимик, недовольно щелкнув пальцами — перед ним всплыли плетения времени, видимо опять опаздывал на какой-то из экспериментов. — В любом случае — наша задача отдать лист Испытаний, итоговую оценку и программу будут выносить те, кто решил привести ученика в середине обучения, наша задача просто оценить…

— Но я настаиваю. Потенциал этого щенка — «двойка», — кулак Шрама громыхнул по столу. — Мне — виднее!

Потенциал. Потенциал. Потенциал.

Коста облизал спекшиеся губы — сейчас решалось то, от чего будет зависеть его жизнь на острове в следующие зимы. Если он выживет в первую.

Этот разговор — напомнил ему разнос у Хэсау, пяти зим назад. Когда они с мастером второй раз посетили клан.

Картина всплыл у него в голове, именно потому что сейчас именно это лениво обсуждали Наставники острова — «есть у него хоть вообще какой-то потенциал, или потенциала нет» и «Магистр Вэй окончательно выжил из ума, решив, что можно забросить такого, как он в середину обучения».

Той зимой их с Мастером позвали в клан Хэсау для обсуждения заказа, и старик Хо оставил его во дворе, дав задание не лодырничать, а рисовать тренировку, пока сам пошел в Поместье. И он — рисовал, быстро штрихуя — выражения лиц, позы, ловил движения.

«Траектория каждого плетения очерчена промыслом Великого, — вещал, расхаживая перед строем новиков Клана, наставник Хэсау. Слова падали тяжеловесными камнями — новики все сильнее опускали головы, встречаясь со взглядом Учителя, которого почти никто не мог вынести — и этим очень мешали Косте.