– Нет, у цирюльни налево, и там на двери – медный гребень, – поправила его Ариадни. – После этого – направо у фруктовой лавки – это там дерево в горшке.

– А-а, понял, – сказал Гервард. – Боюсь, из-за всей этой писанины у меня ум помутился. Слева у цирюльни с медным гребнем, справа – у дерева в горшочке, потом прямо и вниз по лестнице с гнилыми перилами – тут быть осторожным, – а потом, когда дойду до двора со старой пушкой, там будет несколько варденов, и мне надо будет во второй слева.

– Нет, в третий! – воскликнула Ариадни.

– Я могу просто спросить дорогу, – сказал Гервард. – Или если увижу какую-нибудь таверну по пути, то, может быть…

– Нет-нет, в «Ветренице» вино намного лучше, чем где угодно еще, – заявила Ариадни. – Знаете ли, я может быть, даже вас провожу.

– Что! Ты не можешь… – начал было Зантус, но Ариадни выставила перед ним руку.

– Я попрошу Меннос меня сменить, – сказала она. – После вас, сэр Гервард.

– А мне можно забрать мое оружие? – спросил сэр Гервард. Он сдал его, когда они только пришли в цитадель, но слоняться по городу без оружия ему не хотелось. Или может быть, он просто желал произвести лучшее впечатление.

Конечно, у него было по кинжалу в каждом ботинке и еще один в левом рукаве, да и медальон, который он носил на шее, содержал не портрет любимой, а острое лезвие в форме полумесяца.

Кроме того, на нем были любопытные золотые серьги в форме продолговатых костей. Они были полые, с просверленными крошечными дырочками. Очаровательные трубочки длиной с его мизинец, из почти чистого золота. Не совсем оружие, но с определенным назначением.

– Ваши вещи остались у главных ворот, – сказала Ариадни. – Конечно, если идете в город, вы можете забрать меч и пистолеты. Хотя они вам и не понадобятся, если только вы не забредете в худшие части Ровней.

Однако Гервард не тронулся с места. Ариадни пожала плечами и двинулась вниз по лестнице с грацией коренной жительницы Никандроса, для которой ступеньки были естественнее ровного пола. Гервард последовал за ней не сразу, сперва сняв с пояса удивительно большую серебряную флягу, желая якобы сделать из нее длинный глоток.

– Не можете дотерпеть до таверны, сэр Гервард? – спросила Ариадни учтиво, оглянувшись на него.

– Это лекарство, – ответил Гервард, вытирая рот. В его дыхании послышался сильный запах бренди. – Мерзкое зелье для старой раны в… в ноге… которая не дает мне покоя.

– Надеюсь, хуже не станет, – сказала Ариадни. – У вас ведь нет трудностей со всеми нашими ступеньками?

– Отнюдь! – заявил Гервард, устремляясь вслед за ней. Но тотчас споткнулся и обрел равновесие как раз вовремя, чтобы не врезаться в Ариадни, которая на всякий случай отпрыгнула в сторону. И снова – так легко, лишь усилив предположение Герварда о том, что была ассасином.