– Пол… пол-округа, – сказал Гервард. – Ты сказала, где-то возле сторожки тоже есть хорошее вино? В подвале? Я бы предпочел не спускаться больше по лестницам. Нога, понимаешь ли.

– О да, до подвала добраться куда легче, – сказала Ариадни. – И вам не придется заходить за оружием.

– Ладно-ладно, – сказал Гервард. – Веди.

– Я и веду, – ответила Ариадни слегка озадаченно. – Мы уже почти у нижней двери, а оттуда до подвала всего два прыжка, так сказать.

– Хорошо! – воскликнул Гервард. – Мне нужно выпить! И много!

Но сэр Гервард выпил всего пару бокалов кислющего вина, прежде чем с протяжным хрипом рухнуть лицом на стол. Обретя покой, он сосредоточился на том, чтобы шумно дышать ртом и стал выполнять медитативное упражнение, которому его давным-давно научила мать, одна из Таинственной Тройки, что правила Ведьмами Хара. Он словно вышел за пределы себя, удалился в некое глубокое, сокровенное место, откуда мог наблюдать за своим телом, но не мог быстро реагировать на то, что воздействовало на него извне.

Он пролежал так минуту или две, пока не почувствовал, что Ариадни хорошенько ткнула его рукоятью кинжала в ребра. Было больно, но он не позволил себе дрогнуть, а вместо этого просто задержал дыхание на миг, прежде чем испустить ослиный крик, будто мертвецки пьяное тело, испытавшее внезапную боль.

Затем ловкие пальцы Ариадни открыли его сумку и вынули из нее содержимое. Он услышал, как на стол посыпались монеты, потом заскрипела пробка, вывинчиваемая из большой фляги, потом – глубокий вдох.

– Сильная штука, – сказала Ариадни кому-то другому, и ей в ответ хихикнули. – Я удивлена, что он вообще не рухнул на той лестнице.

– Еще и болтал без умолку, – заметил другой. Это был мужчина, чьего голоса Гервард прежде не слышал.

– Все понял? – спросила Ариадни.

– Услышал, запомнил, – отозвался мужчина. – Ей будет интересно, я уверен.

– Тогда иди и передай ей, – сказала Ариадни. – А я перетащу это пьяное трепло в гостевые палаты.

– А что с куклой?

– Да в башне скребется, – сказала Ариадни. – Они очень целеустремленные, эти чародейские куклы. Он будет читать и выписывать себе заметки, пока не иссохнет. Так что иди.

Гервард, будто наблюдавший за ними откуда-то издалека, почувствовал, как его подняли сильные руки. Он даже не попытался держать голову: она откинулась назад, и он чуть не подавился собственным языком, но кто-то подхватил его шею и он сумел кое-как вдохнуть воздух.

– Когда он успел так налакаться? – пробормотала неизвестная женщина, одна из тех, кто нес Герварда.