Шаннон мучительно покраснел.

– Я виноват, координатор.

– Это сомнению не подвергается. Я спросил, зачем вы это сделали.

– Я… растерялся, – бравому капитану нелегко было признаваться в этаком. – Вы не представляете, каково там было! Тряска, ужас… Взрывающаяся радуга, солнце это раздавленное… И вдруг совсем рядом новая радуга, и линкор этот, он чуть в нас не врезался… Простите, координатор. Среагировал, не подумав, на рефлексах.

– Криййхан Винт требует компенсации и извинений. В противном случае Шшерский Рай считает себя в состоянии войны с Хантом. Последнего мы допустить не можем.

Однажды, много-много лет назад, Хант уже разодрался с Раем. Повторения не хотелось, ну ни капельки. Тем более сейчас, когда за Раем стоят земляне: то-то Криййхан так обнаглел, гневные ноты шлет.

– Так скажите нам, капитан Шаннон, кто будет извиняться и за чей счет оплачивать ремонт «Райского всполоха»?

Мини-корабль пристыковался к «Сайресу Смиту». Ортленну встретил черноволосый мужчина, стриженый коротко, как Селдхреди. Над верхней губой торчали седоватые усы – забавное волосяное украшение, популярное у землян.

– Бойко Миленич, капитан «Сайреса Смита», командующий эскадрой, – отрекомендовался он и добавил без ложной скромности: – Ваш ангел-хранитель.

Она невольно улыбнулась. Какая бы паника ни раздирала ее внутри, этому человеку удалось и развеселить ее, и успокоить.

– Ангелы-хранители нисходят до радостей плоти? – намекнула она.

– О, еще как! – засмеялся капитан, пригласив пройти в рубку. – Непременно, только чуть позже, – его, кажется, совершенно не смущала возможность оказаться укушенным. – Нам еще надо выбраться отсюда.

– Разве мы не выбрались? – снова испугалась она.

– А как вы думаете? – он красноречивым жестом повел рукой вдоль экрана.

Багровая подрагивающая рваная капля заняла полнеба и продолжала увеличиваться в размерах. На ее фоне два других крейсера казались крошечными темными точками. Экран с другой стороны был черен, только искорки-звезды да еще одна искра – четвертый крейсер. А на экране слева был виден Нлакис. Ортленне показалось, что он дрожит.

– Масса этой красной паскуды – четыре солнечных, – сказал Миленич и тут же уточнил: – То есть в четыреста раз больше, чем у вашего малюсенького солнца. Видите, как близко она подошла? Втрое-вчетверо ближе, чем любая звезда к своей планете. На Нлакис действуют огромные приливные силы. Сейчас там непрерывные землетрясения.

– А почему мы не чувствуем ее тяготения? – спросила Ортленна, глядя на летящую к ним звезду, как мышка на уррхха.

– Гравикомпенсаторы, – усмехнулся Миленич. – Но и они выдержат не всякое, и ускорители имеют не бесконечную мощность. Нам надо торопиться, иначе мы не сможем покинуть гравитационное поле звезды.