Ворон кивнул и прикрыл глаза. Впрочем, где растет тот самый дуб Мокрецкий с источниками живой и мертвой воды, Олег и сам уже вспомнил.

Дерево было впечатляющим: именно таким, как в видении. С одной стороны опадали желтые листья, с другой стояли голые ветви (скорее всего, именно в том месте текла мертвая вода). С третьей — наливались почки, а с четвертой шелестела листва. Именно туда направился Олег за живым источником, но стоило ему протянуть руку, как тот иссяк и исчез, словно его никогда не существовало. Ворон вздохнул и попытался слезть с рук, только Олег не отпустил.

— Что это?! — спросил он грозно и почти не удивился, когда над дальним лесом сверкнула молния и прогремел гром.

— Защита от дурака, — Ворон вздохнул и слабо улыбнулся. — Ты еще не вспомнил себя, вот источник и скрылся до поры.

— До поры?! — Олег со всей силы саданул по дереву кулаком. Кора дала сдачи, оцарапав костяшки пальцев.

— Пока не вспомнишь, — усмехнулся Ворон. — Только вся загвоздка в том, что, стоит этому произойти, ты не захочешь меня оживлять.

— С ума сошел?!

Ворон вздохнул и отвел взгляд, прошло целых три удара сердца, прежде чем он начал говорить:

— Ты отыщешь на земле яичко, выпавшее из гнезда, принесешь домой, положишь под солнечный луч, на тридцатый день вылупится из него птенец, он и будет твоим новым помощником.

— Ты так уверен, что старый мне без надобности, Влад? — имя легко легло на язык. Он даже не удивился тому, что было оно современным, а не каким-то древнеславянским. Впрочем, какая разница? Главное, из-под корней вдруг вначале робко, а затем все звонче и радостнее забил родник. Казалось, будто вовсе не вода лилась, а черный вихрь с синими и серебряными звездами из-под земли вырывался.