Осторожно пробираясь переулками вдоль площади, бродяги добрались до ограды. Два прута, на которые указал Ангус, были тут же выломаны, и в сад полезли темные тени. С креслом Финада вышла заминка: оно никак не хотело пролезать в дыру.

– Бросьте его! – приказал Финад. – Я так пойду, на костылях, а вы мне поможете!

Бросив кресло, парни приняли толстяка на плечи и потащили ко дворцу, обливаясь потом и тяжело дыша.

* * *

Во дворце оставались триста воинов Лугайда – самые знатные лорды с древнейшей родословной. Остальные лугайдийцы жили в казармах, причем двести из них постоянно дежурили на четырех городских воротах.

Лучшие воины ушли с Брайеном, остались лишь те, кто либо не нравился ему или Бресу, либо невысоко ценился.

Главным назначили лорда Северина. Он приходился родственником Бресу, его мать была троюродной сестрой матери короля. Северин любил пышные одеяния, молоденьких девушек, едва вышедших из детского возраста, драгоценные камни и ванны с розовым маслом. Не любил лорд Северин нищих, охоту и военные походы. В войне ему нравились лишь парады – до или после победы. Поэтому, когда Брайен спросил, кто желает остаться в столице и прикрывать тылы, лорд Северин тут же предложил свои услуги.

Когда армия отбыла, он расставил караульных, раздал распоряжения и отправился прямиком в королевские купальни, где теплые источники наполняли мраморные бассейны и ванны целебной водой. Блаженствуя в тишине и одиночестве, лорд Северин поздравил себя с удачным решением.

Но сейчас, в огромном пустом дворце посреди вымершего угрюмого города, Северина терзали недобрые предчувствия. Он уже жалел о своем выборе, думая, что подле Бреса пусть и в битве, было бы безопасней. Кроме того, другие лорды наверняка увенчают себя славой, получат земли и награды, а ему, если вдруг вспыхнет бунт, придется несладко. Да и потом надо будет отвечать перед королем. За все. А с учетом характера Бреса это равносильно самоубийству.

Поэтому лорд Северин не спал, а бродил по дворцу, лично проверяя посты караульных и каждый час принимая доклады гонцов от городских ворот и из казарм. Пока все было тихо и спокойно, но именно это затишье наполняло душу лорда Северина страхом. Ему чудились кровавые клинки, тени с дубинами и толпа, жаждущая его смерти и смерти воинов Лугайда.

* * *

Бродяги крались вслед за Ангусом, которого вел за руку Карри. Он железной хваткой стиснул ладонь мальчика, но тот был настолько возбужден, что не ощущал боли.

Сад подходил к Восточной башне почти вплотную. Кусты шиповника, сильно разросшиеся за время отсутствия хозяев, наползали на дворцовую стену. Вьюрки взбирались по камням, оплетая кладку.