Однако далеко не все в тот вечер были так далеки от происходившего на сцене. Некоторые из тех, кто вошел в «Кинопус» в одиночку, покидали его в задумчивости. Иные, кому посчастливилось прийти в театр с родственниками или друзьями, бойко обсуждали увиденное, развивая затронутые в спектакле темы и идеи. Представитель компании строчил отчет генеральному продюсеру, делясь своим мнением. И лишь единицы заметили, что ближе к концу спектакль вышел из-под контроля.

Стелла Портер также забеспокоилась, когда ее сын вызвал такси и попросил ее поехать домой без него, объяснив, что должен оставаться с ребятами и что сейчас не самое лучшее время для встреч и поздравлений.

— Если ты гарантируешь, что не происходит ничего, в чем я могла бы оказать помощь, то я пойду, — согласилась она и направилась к выходу из зала. — И еще — просто скажу, пока не забыла: — я не совсем поняла концовку твоего эпизода и, если честно, не разобралась с временами года. Но мне очень хотелось сейчас всем вам, и Филиппу в особенности, сказать большое спасибо. Скажи друзьям, что они — молодцы.

— Я передам, — кивнул Аарон, поправил слегка перекосившийся воротник ее пальто и заторопился в сторону театра.

Он не передал. Он забыл. Его голова разрывалась от другой заботы. Ему предстояло встретить бригаду скорой помощи. Карета подъехала минут через десять. Зазевавшиеся зрители успели заметить пару здоровых мужчин с носилками и медика с чемоданчиком, торопившихся попасть внутрь помещения. Очень скоро они вынесли оттуда кого-то с кислородной маской на лице. Их сопровождали двое: молодой парень, который минутами раньше провел их сюда, и крупный пожилой мужчина, запыхавшийся от непривычной для его лет скорости бега. Разглядеть получше они уже ничего не смогли, и стали сами выдавать свои предположения.

— Что будем делать, когда нас попросят предоставить контакты родственников? — спросил Аарон у Альберта.

— Оставим свои. Мать я сейчас не советую беспокоить. Ей и так не легко, да и далеко она. Брат — тот совсем далеко. Друзья — вы и есть его друзья. Так что давай настраиваться на то, что мы все должны будем сами уладить… Эх Филипп, Филипп! Говорили же мы тебе, просили ума набраться…

— Альберт… ой, простите, господин Мейер-Брехт, вы действительно видите связь…

Альберт лишь посмотрел исподлобья прямо Аарону в глаза и тяжело вздохнул. Аарон был уверен в значении этого взгляда и больше не поднимал этой темы.

— Ты мне лучше скажи, что именно произошло перед тем, как он решил ставить своего «Коллекционера»? Я достаточно хорошо знаю Филиппа, чтобы предположить, что был какой-то толчок.