— Да-да, так и есть.

— Кем вы ему приходитесь?

— Мы — близкие друзья Филиппа. Я — Альберт Мейер-Брехт, а это Аарон Портер.

— Мне нужно поговорить с кем-либо из родственников пациента.

— Простите пожалуйста, но в данной ситуации это невозможно, — взял на себя ответственность объяснять ситуацию Альберт. — Пожилая мать живет далеко отсюда, и даже если узнает о случившемся, не сможет приехать раньше, чем через сутки. Я полагаю, что вы должны сказать что-то важное и делать это нужно срочно. Мы — самые близкие Филиппу люди, и я заверяю вас, что вы можете доверить нам эту миссию. Мы оставили свои данные в приемной.

— Дело в том, что родственники скорее будут знать об особенностях больного, и поэтому мне хотелось бы узнать…

— Он довольно долго живет сам по себе. Он одинок.

— Тогда перейдем к делу. Вы можете сказать, на что жаловался больной в момент приступа?

— Да, он говорил, что у него жгло и давило внутри грудной клетки, боль отдавала в левую руку от плеча до кончиков пальцев. Еще я видел, как он весь вспотел и очень тяжело дышал. И он был очень напуган. Я передал всю эту информацию оператору…

— Да, я в курсе. Кстати, если он выкарабкается, то должен вам быть обязан за то, что вы не теряли времени. Тут каждая минута дорога. Он говорил с вами по пути в клинику?

— Да, говорил, чем дальше, тем голос становился слабее, да и маска мешала. Но простите пожалуйста, из чего он должен выкарабкиваться? — бледнея, спросил Альберт. Аарон боялся произнести и звук.

— Ваш друг поступил к нам с явными признаками инфаркта миокарда. Его пульс не прощупывается и мы не можем измерить давление. Его сердце очень плохо качает кровь, и если ситуация продолжит ухудшаться и перейдет нижний допустимый предел, больной впадет в гипоксическую кому. Поэтому нам нельзя упускать ни минуты, и мне нужно было обговорить с родственниками условия хирургического вмешательства, которое по всем признакам, будет неизбежным.

— Прошу вас, — заговорил Аарон дрожащим голосом, — сделайте все, что в ваших силах. Мы сделаем все, что будет в наших.

— Поверьте, я уже сделала все, что могла и что должна была сделать, — сочувственно ответила ему Кристина Ковальски. — Врач всегда начинает говорить уже после того, как сделает все, что нужно было сделать в данный момент. Сейчас за жизнь вашего друга борется другая команда, а я возвращаюсь на свой пост в ожидании очередного клинического случая, который может произойти в эту ночь. Такова наша работа, такова наша жизнь.

Аарон понимающе кивнул и опустил голову.

— Я советую вам обоим сейчас пойти домой и отдохнуть. Не стоит сегодня оставаться здесь и ждать чего-то. У нас есть ваши контактные номера и в самом необходимом случае мы вам позвоним, хотя я надеюсь, что этого не произойдет и новости вы получите в ваш очередной приход сюда. Люди вы, я уверена, чуткие — не оставите беднягу одного. Увы, такое случается время от времени в подобных ситуациях… Простите. Но мне надо идти. Будьте здоровы.