Плечи его поникли. Парень обречённо протянул мне портупею.

– Сколько народу на борту?

– Только я и лейтенант… Послушайте…

– Нет, это ты послушай. Сейчас мы пройдём в рубку, и ты запустишь мотор у этой штуковины…

– Нет! Я не…

– Возражения? – я вновь шевельнул стволом.

– Я не умею управлять кораблем! – выпалил он.

– Уверен? Подумай ещё раз.

– Это же не какой-нибудь диномобиль! Чтобы сдвинуть его с места, нужен экипаж, нужен стартовый ключ – а он у командира части! Я простой связист, я здесь на вахте!

Похоже, он говорил правду. Из-за дверей вдруг послышался шум. В каюту, рыча сквозь кляп, ввалился связанный лейтенант, волоча за собой повисших у него на плечах Гаса и Морфи. Я снова врезал ему по физиономии, ощутив лёгкий укол совести: бить того, кто не может тебе ответить, было как-то неловко. Связист побледнел ещё больше, хотя это и казалось невозможным.

– Там кто-то стучался в люк! – поведал мне Гас. – Прям молотили! Мы в ловушке, Ловкач!

– С-с… сдавайтесь!.. – неуверенно предложил связист.

– Это всегда успеется… – я осмотрелся.

Помещение, безусловно, было радиорубкой. Десятки верньеров, пучки проводов со штекерами, ряды разноцветных гнёзд, рубильники, шкалы и индикаторы…

– Между прочим, с кем это ты любезничал, будучи на посту, а, рядовой?

Он опустил глаза и что-то промямлил.

– Давай, колись. Только не вздумай врать, что это был служебный разговор – я же всё слышал.

– С моей невестой, – буркнул он.

– Она у тебя что, радиолюбительница?

– Нет. Здесь есть… – он замялся.