– Время встреч со старыми друзьями, – произнёс он скорее весело. Казалось, он вовсе не удивлён. – Ты привык на меня уповать, стоило мне явиться к тебе однажды. Как твоё имя, напомни? Тальн?

– Энгле Тальн, – шепнул Энгле.

– Что тебе нужно? – спросил человек уже строже.

Велемир крепче сжал поводья, так, будто приготовился в любой миг пустить лошадь галопом. Ним подобрался ближе к нему, протянул руку к Энгле, но тот спрыгнул с телеги, даже не обернувшись на друзей. У Нима заныло в груди от дурного предчувствия: Энгле двигался как во сне, словно не существовало больше ничего, кроме странного человека и его светляков.

– Кто это? – шепнул Ним Велемиру. – Неужели Господин Дорог?

– Не поверил бы, пока сам не увидел. Кажется, он и есть.

Энгле поравнялся с Господином Дорог и в свете светляков стал казаться почти прозрачным, как водный нечистец. Ниму сделалось ещё неуютнее.

– Выведи нас. Разведи по домам. Велемира – к его семье, меня – к матери, а Нима – в Царство, туда, где спадёт его проклятие.

Господин Дорог улыбнулся. Ним не поверил своим глазам: его лицо из почти старческого сделалось гладким и задорным, как у юноши.

– Всех троих – да по разным тропам? Всем троим – да отдельные узоры?

Второй рукой он вынул из кармана коклюшки с намотанными на них тонкими блестящими нитями.

Энгле кивнул, тоже улыбаясь так счастливо, как никогда не улыбался на памяти Нима.

– Да. Каждому по пути. Мы отплатим, ты не волнуйся. Я ведь платил.

– Ты нашёл сокола, верно, – деловито кивнул Господин Дорог. Двумя пальцами он ловко переплёл нити, намечая что-то вроде основы для кружева. – Ты нашёл, а он, – Господин Дорог указал коклюшками на Нима, – привёл тварей, сам того не желая, камнем сманил. Сокол за вас, юнцов, заступился, потому что я того пожелал. Пожелал, чтобы его ранили, хотел показать лесовому, что твари – не те, кого стоит терпеть. Они как язва на теле наших Княжеств, а одному мне с ними не совладать…

Господин Дорог бормотал, накручивая нить на пальцы, то улыбался, то хмурился, его лоб то покрывался морщинами, то разглаживался, а светляки слетали с руки, пересаживались на волосы, на плечи, потряхивали прозрачными крыльями и перебирали лапками.

– Я расплатился, верно? – спросил Энгле. – Сокола нашёл и даже помог тому пареньку, который с ним был. Так что, сделаешь, как сейчас прошу?

– Расплатился, расплатился… – Господин Дорог сделал петлю на кружеве и затянул. Его пальцы плясали так ловко, что даже одной рукой он выплетал узор, сложный и вычурный, каким украсила бы свой наряд любая знатная дама в Царстве. – Отдал один должок, тут же пришёл за другим. Сперва я не думал, что Владычица Яви уступит соколу жизнь. Мне нужно было только показать лесовому, на что способны твари, разозлить его смертью друга, но тот юноша так просил… Моя жена уступила, мы сплели его путь иначе, и теперь-то я уверен, что так стало правильнее. Но – где убыло, там должно прибыть. Слышали о правиле жизни? Слышали, слышали, а если не слышали, то сейчас слышите. Куда, говоришь, вам надо?