– По домам, – повторил Энгле, не сводя с Господина Дорог заворожённого взгляда. – Мне – к матери. Велемиру – к семье. Ниму – в Царство.

– К семье, в Царство… Ты очень уповаешь на меня, верно, Энгле Тальн?

Господин Дорог встряхнул пальцами, расстилая золотое кружево. Светляки взлетели с его руки и пересели на дорогу, сделав её похожей на серебрящийся под луной ручей. Энгле шагнул к нему ещё ближе, словно собирался обнять.

– Энгле! – позвал Ним. Ему совсем не нравилось, что происходило. – Энгле, иди к нам! Сами разберёмся, не стоит, в самом деле…

Энгле обернулся – безмятежный, счастливый. Обернулся и махнул Ниму рукой.

– Не волнуйся. Я же говорил: надо попросить, и всё будет хорошо.

– Просить, просить, – повторил Господин Дорог.

С лесом вокруг начинало твориться что-то неладное. Ёлки будто выстроились ровнее, ветер замер, и вместе с ним застыло и время. Ним завертел головой, пытаясь понять, что именно произошло.

На дорогу вышла женщина в белом. Подол её платья несли прозрачные детские фигуры, а если присмотреться, можно было разглядеть истончившиеся, едва заметные силуэты других людей, идущие за ней. Ним сперва подумал, что это нечистецы, но силуэты вовсе не походили ни на кого из прежде виденных им лесовых и водяных.

Господин Дорог подал женщине руку и подвёл её к Энгле. Лошадь зафыркала, заметалась, и Велемир с трудом сдерживал животное.

– Энгле Тальн, боюсь, уже поздно для этой истины, но я бы хотел, чтобы хотя бы твои друзья усвоили её, – произнёс Господин Дорог ледяным тоном. – Ты перестал выбирать сам. Однажды получив желаемое, решил, будто я обязан являться к тебе по первому зову и делать всё, о чём попросишь. Такого я не терплю, извини. Друзей разведу туда, куда нужно, жизни им сохраню в пути, а вот долг возьму сразу. Вернее, возьмёт Владычица Яви. Сколько убыло, столько прибыло.

Женщина в белом мягко улыбнулась и открыла объятия. Велемир нащупал плечо Нима и сжал до боли, Ним высунулся из повозки, протягивая Энгле руки-лапы.

– Энгле! Хватит, поехали дальше! Мы сами справимся, не нужно нам ничьей помощи!

– Поздно, – покачал головой Господин Дорог.

Владычица Яви взяла Энгле за обе руки, и сердце Нима кольнуло: он чувствовал, случилось что-то непоправимое, после чего не будет ни дороги назад, ни прежней жизни. От рук Владычицы Яви разлилось мерцающее сияние, Энгле обернулся на друзей в последний раз – счастливый донельзя, умиротворённый, расслабленный. Ним окликнул его – звал громко по имени, тянул к нему руки, но Энгле грустно мотнул головой, отвернулся и шагнул с Владычицей Яви по дороге, освещённой светляками. Господин Дорог присел в полупоклоне, взмахнул руками, и светляки взлетели, закружились в воздухе, роняя на еловые стволы неровные блики. Следом за Владычицей Яви шли её прислужники, и Энгле тоже начал истончаться, становиться прозрачным, будто его фигуру выточили изо льда.