Остальные выстроились позади меня. Мы приземлились посреди густого леса. Над нами во все стороны простиралось покрытое облаками небо. В общем-то, все выглядело довольно мирно. Зеленая листва деревьев, несколько темных елей. Было тепло, но не жарко, дул легкий ветерок. Но каждый из нас сразу почувствовал…

Что-то было не так.

Вокруг нас все гудело, как будто мы стояли рядом с линией электропередач. Это было чувство, от которого у меня по коже пошли мурашки. Земля под ногами не только вибрировала – она буквально ходила ходуном, как при землетрясении.

Прозвучали приглушенные команды. Солдаты, прибывшие с нами, заняли позицию, чтобы в случае чего прикрыть друг друга. Некоторые из них недоверчиво смотрели на свои детекторы, но мне не нужно было проверять время, я и так знала.

Мы приземлились в двадцатом году.

– Где мы? – спросил Лука, стоя рядом со мной.

– Здесь я выросла.

Несмотря на то что вокруг не было ни одной тропинки, я слишком хорошо знала эту часть леса, чтобы сразу понять, где находится поляна с нашим домом.

Лука посмотрел на меня.

– А прыжок был не таким уж и сложным, – прошептал он. – У меня даже не кружилась голова.

В его голосе слышалась нотка печали. Казалось, его сомнения улетучились и теперь он верил мне.

Я кивнула, затем посмотрела на Хольдена:

– Осталось только остановить твоего отца.

– И не умереть, – напомнил мне Хольден. – И не позволить навсегда стереть всю нашу реальность.

Слабая улыбка скользнула по губам Луки.

– Ну да, всего-то.

Внезапно кто-то из солдат в испуге отскочил назад, увидев, что дерево рядом с ним вдруг покрылось льдом. Кору окутал иней, образовались острые сосульки.

Атлас обнюхивал землю. Он тихонько повизгивал, потому что чувствовал то же, что чувствовала я: вибрация исходила от земли. У меня между сапог, словно мелкие жемчужинки, сочился песок, а из листьев, словно почки, выходили мелкие зернышки.

– А что, Великое смешение уже происходит? – спросила я, потому что все происходящее напомнило мне о том, что случилось с природой, когда однажды рифт соединил одно место в мире с другим и две эти области слились воедино.