На долю секунды взгляд девочки метнулся ко мне, а затем она упала. Энергия, однако, продолжала литься из ее тела. Все было так, как сказал Бэйл.

– Они идут! – воскликнул вихревой бегун.

За вращающейся энергией вихря-прародителя я едва могла видеть наш дом – он находился на другом конце поляны и был покрыт клубами дыма.

Перед ним сгущалось темное мерцание, из которого появилось несколько фигур.

На нас смотрели разноцветные глаза. Внезапно поляна заполнилась мутантами, их было по крайней мере в три раза больше, чем нас. Пятьдесят, может, шестьдесят солдат. Большинство – в синей униформе бегунов, и только шестеро были одеты в черно-золотую одежду. Униформу мутантов украшал символ «Красной бури». Но во что бы они ни были одеты, я бы все равно выделила их среди всех других.

Бегуны во времени, подготовленные Хоторном.

Эксперименты, которые проводил над ними Хоторн, только усилили черты, отличающие их от людей. Цюндеры были обезображены собственным пламенем, одна из вирблеров почти полностью растворилась в воздухе. Каждый из них мерцал красным светом, который я видела у Бэйла. Словно это мерцание и было той силой, что разрушила их тела.

Я вернулась в настоящий момент. Перед нами в ряд стояли солдаты прямо на границе с лесом. До меня дошло, что они образовали защитную стену. Потому что за ними я увидела Эоса и Варуса Хоторна.

Хоторн, как всегда, был в своей белой одежде. Его волосы, такие же белые, торчали в разные стороны. Единственное, что выдавало в нем его природу вирблера, были желтые, сверкающие глаза.

– Щит! – эхом разнесся по поляне приказ Хольдена.

Ветер вирблеров образовал стену вокруг меня и вихря-прародителя, защищая от нападавших, в то время как Хоторн подал сигнал к атаке.

Через несколько секунд за стеной из ветра воцарился полный хаос. Люди Хоторна – их было больше – разогнали наших солдат. Все побежали, испугавшись пламени цюндеров, которое только усиливалось от ветра вирблеров. Под лапами Атласа трескалась земля, в то время как наши швиммеры пытались сдержать огонь.

Борьба шла уже по всей поляне, и посреди хаоса был он, Бэйл. Он прыгнул в вихрь; я едва могла видеть его сквозь бушующий ветер.

Моя мама в безопасности? Она еще жива? Что бы я ответила в такой момент?

Бэйл открывал вихри везде, где солдаты «Красной бури» приближались к вихрю-прародителю. Он отправлял их туда, откуда они не могли вернуться так быстро. Только с бегунами во времени, которые также принимали участие в схватке, было не так-то просто справиться. Повсюду один за другим вспыхивали огненно-красные вихри, и я видела, как Бэйл неутомимо прыгал за ними.