– Все обрабатывается на Земле, – пожала плечами Эшли. – Наше дело – отсылать данные. Некая логика в этом есть – зачем здесь держать такой вагон электронного обеспечения?

Диноэл только молча покачал головой. Да, это удар.

– В принципе, «Кронос» можно вернуть, – продолжала Эшли. – Но это дело не одного дня. Пока договоримся, согласуем, пока все пришлют, установят, запустят, отладят… Сами мы не справимся, нужна бригада программистов, схема капризная, сам знаешь. Это к августу, не раньше.

– Ладно, а просто спутниковые архивы остались?

– Естественно, информация и сейчас идет, но все запаковано, по всем нашим точкам работа сворачивается.

Дин вздохнул, посмотрел в пол, потом сказал:

– Значит, так, девушки. Я думал, что попрошу вас о помощи. Но придется просить вас о подвиге. Расчехляйте свои «макинтоши». Мне нужны данные по Челтенхэму. За три последних года. Кто приходил, уходил, появлялся, исчезал и все такое прочее. Вручную, без «Кроноса».

– Ничего себе! – ахнула Алекс. – Да там половина недешифрованных данных, голая картинка! На полгода, не поднимая головы! И не для двоих!

– Понимаю не хуже вашего… А все-таки, что с Анной?

– С Анной точка. Нечего и думать. Она работает на Королевскую Канцелярию, а это, как я понимаю, нам сейчас противопоказано. Кстати, в Челтенхэме бывает регулярно.

– Можно подключить «халфбрейн», – заметила Эшли.

– Нет, – сразу же отозвался Дин. – Никаких выходов в Сеть. Слишком большой соблазн для Джона Доу. По уровню опасности вообще объявляю синий код…

Тут Диноэл неожиданно запнулся. На него вдруг накатила первая, легчайшая, но все равно томительная волна «погружения». Ему вспомнилась тропа в горах, райвенгейтский вид на Лондон, рябь на просторе Твидла, глаза Мэриэтт, и была в этом всем смутная дурнота наваждения, искусственности, навязанной игры, но при этом – Дин всегда в первую очередь анализировал сами эмоции, а уж потом скрытый в них смысл – не было чувства опасности.

– Странно, – сказал он вслух.

Девушки, давно привыкшие к подобным приступам вдохновения, молчали, ожидая пояснений.

– Штука такая, девчонки, – произнес наконец Дин. – Есть во всей этой чертовщине еще один непонятный мне фактор. Бред какой-то, дурной сон. Ощущение, будто нам морочат голову. Кто, почему – пока не знаю.

– Какой сюрприз, – сказала Алекс. – А я-то думала, все ясно как день.

– Короче. Бросайте все и садитесь. С компьютерной обработкой буду помогать, при первой же возможности. Но у меня еще светская жизнь.

– Не надорвись, – ласково предостерегла Алекс.

* * *