Один из легионеров выступил вперед:
– Милорд Эльнат, позвольте сопроводить вас к Надсмотрщику.
– Мне не нужна дуэнья, легионер. Или, по-твоему, два безоружных смертных представляют для меня угрозу? Займитесь лучше делом, обыщите аллею, проверьте каждый куст. Всех диверсантов доставить в северное крыло целыми и невредимыми, иначе наследная правительница узнает о вашей некомпетентности.
Легионер поклонился:
– Слушаюсь, милорд.
Охранники удалились, оставив нас одних.
Нижняя галерея примыкала к центральному вестибюлю, украшенному красными, с белыми прожилками колоннами. Я привалилась к «мясному» столбу и попыталась унять сердцебиение.
– Итак, мы внутри. Есть два скопления лабиринтов. Одно в этом крыле, другое – в соседнем. Вероятно, пленники. Либо охрана.
Рейнельда поднесла руку к груди:
– А Мальпертюи?
Напасть на его след было труднее.
– Северное крыло. Этот этаж.
– Так он жив?
– Пока да, – ответила я, а Рейнельда вдруг ущипнула себя за нос. – Что случилось?
– Вье-Орфеля. Он… транслирует мне образ. Дверь. – Плащаница заморгала. – Я пойду в северное крыло и начну потихоньку переправлять заключенных к водохранилищу, как мы и планировали. Если повезет, по дороге пересекусь с Леандром и Анку.
– Тогда мы берем на себя южное крыло. Удачи.
Рейнельда бесшумно растворилась во мраке. Рана на икре пульсировала, штанина намокла изнутри.
Арктур распахнул двойные двери. Ледяной ветер ударил в лицо, швырял в меня мокрым снегом. Шагая по черно-белому мрамору вдоль фасада дворца, я не отваживалась бросить взгляд за спину. Окна Королевских покоев выходили прямо сюда, во двор. Чуть поодаль, в густом тумане, различались силуэты солдат, прорисованные газовыми фонарями.