Сознание наконец прояснилось, настал мой черед осязать. Впадина у основания шеи. Мускулистые плечи. Я гладила его бока, испещренную шрамами спину. Наши взгляды встретились. Арктур следил за выражением моего лица, пока кончики пальцев исследовали рубцы, недвусмысленно свидетельствуя о моих намерениях.

Наконец настороженность исчезла, и он снова склонился надо мной. Поймал губами второй сосок, опустился ниже. Тяжело дыша, я расстегнула ремень на его брюках. Арктур поднял голову, и мы опять слились в поцелуе. Поощряемая крепкими мужскими руками, я стянула с себя белье – и осталась в его объятиях обнаженная.

Он смотрел на меня не отрываясь. Я застыла в предвкушении, не в силах больше ждать. И не узнавала сама себя.

Его глаза скользили по моему телу. Я не шелохнулась. На его месте любой человек нашептывал бы комплименты, восхищался моей красотой, но только не Арктур. Он молча созерцал, пожирал меня пылким взглядом. Когда молчание сделалось невыносимым, а нетерпение распирало изнутри, он привлек меня к себе, в полосу лунного света, который озарил мне волосы, превратил их в пылающий костер и разогнал последние тени, едва прикрывавшие мою наготу.

Теперь он видел меня всю. Каждый миллиметр, каждую родинку, каждый изъян. В стремлении побороть обуревавшее меня смущение я положила обе руки Арктур на грудь.

– О чем думаешь?

Вопрос слегка разрядил обстановку. Сначала мою талию обхватили мозолистые ладони, потом пальцы, которых Арктур чуть не лишился.

– Если жажда обладать тобой сродни предательству, я готов вечность носить эти шрамы. – (Я обвила руками его шею, губы терлись о мой подбородок.) – Как высшую награду, а не позорное клеймо.

Его низкий проникновенный голос переполнил чащу моего терпения. Арктур с трепетом увлек меня на постель и вскоре избавился от одежды. В полумраке различались только очертания тела и мускулатуры. Растворяясь в объятиях страсти, я совсем упустила из виду эфир, но сейчас он заполонил собой все вокруг, обострял ощущения. Золотая пуповина обвилась вокруг нас кольцом.

Ошибка исключена. Все мои инстинкты кричали о правильности, гармоничности и закономерности такого решения.

Его дыхание обжигало ребра. Моя голова откинулась назад, из горла вырвался стон. Если пойти до конца, переступить грань, постоянное напряжение между нами исчезнет. А терять его не хотелось. Оно отрезвляло.

Однако я жаждала большего. Дальше тянуть нет мочи.

Его поцелуи сводили с ума. Пальцы нащупали впадинки под коленями.

– Это увертюра, – одними губами произнес рефаит, его слова проникали в каждую клеточку. – Хороший дуэт требует времени. И терпения. Мы должны стать единым целым, двигаться в унисон. – Он коснулся эрогенной зоны на внутренней стороне бедра, и я выдохнула его имя. – Направляй меня. Хочу… – (Большой палец скользнул по ягодице.) – Хочу понять, как заставить твое тело петь.