Арктур подался вперед, как будто хотел заключить меня в объятия, но остановился за миг до того, как наши ауры соприкоснулись.

– Милосердие – весьма недооцененное качество. Оно и отличает тебя от Сайена. При любом раскладе Джексон Холл либо мертв, либо приговорен. Нашира снимет с него голову за то, что он не защитил колонию. – Рефаит понизил голос. – Обязательства перед Тирабелл вынудили меня утаить правду. Хотя вы с Джексоном более не связаны никакими обязательствами, ты всегда будешь считать себя перед ним в неоплатном долгу. Он открыл тебе иной мир. Стал твоим отцом, спасителем и другом.

– Кто старое помянет… Да и потом, он вечно мне лгал.

– Пейдж, я онейромант, поэтому мне доподлинно известно, какую власть над нами имеет память.

Я медленно подняла взгляд и не увидела на его лице ни тени лукавства.

– Прости меня.

– Давно простил.

Арктур шагнул ко мне. Легонько коснулся кончиков пальцев. Словно наши руки были сделаны из стекла, а не испещрены шрамами и закалены в боях.

Странно, как чувство может появиться из ниоткуда. Впрочем, я всегда испытывала что-то к Арктуру Мезартиму. Никогда он не оставлял меня равнодушной. С первой секунды между нами пошла реакция, как от смешения пороха и огня. Взаимный страх и ненависть сменились уважением, которое постепенно переросло в нечто большее. Нечто неугасимое.

– Я хотел вернуться за тобой. Но не смог.

– Знаю. Надин рассказывала.

– Хм. Впрочем, ты прекрасно справилась и без меня. В одиночку преодолела страх.

– Да. – Мой голос звучал чуть слышно. – Но… мне так не хочется оставаться сегодня одной.

Арктур не шелохнулся. Я нежно погладила холмик у основания его большого пальца, спустилась к выступающей косточке на запястье. Не считая размера и заключенной в них силы, его руки так походили на человеческие. Как я жаждала познать их. Познать уклон его ключицы, изгиб позвоночника, прикосновение его губ к каждому миллиметру кожи. Жаждала вкусить запретный плод его тела.

Наши глаза встретились.

– Хочешь вернуться на явку? – прошептал рефаит.

Перед глазами возникла гостиная, из окон сочится медовый свет. Место, почти ставшее мне домом.

– Да. Очень.

21. Увертюра

21. Увертюра