— А вас как звать?

— Святая Элас Силь, сударь. Одна из работниц споткнулась и налетела на меня с вязальной спицей в руке. Проткнула мне шею, идиотка. Я залила кровью всю шерсть, и, как оказалось, подобный долг не прощают даже святым. Вот только как мне теперь его вернуть? Мне ведь запрещено работать!

— Таковы новые законы, которые ввел ваш новый король?

Эмансипор помешал подогретое вино. От запаха у него приятно кружилась голова. Откинувшись назад, он начал набивать глиняную трубку ржаволистом и дурхангом. Действия его привлекли внимание двоих святых, и Эмансипор увидел, как Элас облизнула губы.

— Такова воля Здравия, — изрек Имид Факталло, кивнув Бошелену. — Макротус сделал культ Госпожи Благости официальной — и единственно законной — религией в городе.

Эмансипор прищурился, встретившись взглядом с женщиной. Та вполне могла быть привлекательной, родись она где-нибудь в другом месте. Собственно, шрамы на шее святой вовсе не обязательно должны были быть следствием несчастного случая. Слуга положил в трубку тлеющий уголек, смутно вспомнив некую старую ведьму в своем родном городе Скорбный Минор, которая тоже придерживалась сходных идей насчет здорового образа жизни. Возможно, это поветрие распространялось подобно некоей ужасающей чуме.

— Из новых запретов можно составить целые тома, — продолжал Имид Факталло. — Перечень Того, Что Убивает растет с каждым днем, а целители лихорадочно ищут, какие бы новые пункты туда добавить.

— А все, что убивает, — подхватила Элас Силь, — запрещено. Король хочет, чтобы его народ был здоров, а так как большинство подданных не желают себя беречь, Макротус делает это за них.

— Если хочешь получить благословение Госпожи в загробной жизни, — сказал Имид Фракталло, — ты должен умереть во здравии.

— А если умрешь не здраво, — кивнула Элас, — тебя даже не похоронят. Твой труп подвесят вверх ногами на внешней стене.

— И как же мы можем вам помочь? — спросил Бошелен. — Ясно, что святости вас не лишить. И как вы сами видите, мы простые путники и с нами нет войска.

«Хотя есть войско, которое нас преследует», — подумал Эмансипор, но оставил свои мысли при себе.

Имид Факталло и Элас Силь переглянулись, а затем Имид слегка наклонился вперед.

— Сейчас не торговый сезон, но слухи все равно расходятся. Рыбацкие лодки и все такое. — Он почесал изуродованный нос. — У меня есть друг, обладающий хорошим зрением. Он наблюдал за этой дорогой с вершины Хурбанского холма, так что известие пришло заранее.

— Вы те самые, — негромко сказала Элас Силь, все так же не сводя взгляда с помешивавшего вино Эмансипора. — Двое, но всего вас трое. Половина последнего города, где вы побывали, превратилась в пепел…