— Чей-то кошмарный ребенок, — ответила женщина. — Подхватил заразу.

Стражник слегка попятился:

— Заразу?

— Дети не невинны, а всего лишь неопытны. Достаточно распространенное заблуждение. Этот мальчишка, к примеру, громко орет, скандалит, капризничает и вообще беспокоится только о себе.

— Особенный, значит.

«Да ты не умнее куска ослиного дерьма, приятель, — подумала Сторкуль Очист, — любая мать сказала бы тебе, что таковы все дети в мире».

— Воистину настолько особенный, что нам ничего не остается, кроме как избавить от него город.

— И что вы собираетесь с ним делать? — спросил стражник.

— Оставить на поживу волкам. Бросить в корзинке в приливную волну. Продать жестоким, но ничего не подозревающим работорговцам. Я еще не решила, стражник. А теперь отойди, пока испарения этого жалкого отродья тебя не отравили…

Стражник снова попятился и нервно махнул рукой, пропуская женщину.

Оказавшись на дороге, рыцарь Здравия тут же остановилась:

— Ладно, теперь рядом никого нет. Куда дальше?

— Прямо вперед, — ответил Инеб, — сорок шагов, потом налево по гужевой тропе, вверх по склону холма. До самой вершины. Боги, до чего же силен и приятен запах!

Ведомая низменными желаниями, Сторкуль Очист ускорила шаг, чувствуя неясную тревогу. Когда-то давно она предавалась всевозможным порокам, будучи сладкой соблазнительницей на службе того самого демона, которого теперь держала под мышкой, — будто мед в ловушке для ос, мышь в змеиной яме, шлюха у задних дверей храма. И это была весьма неплохая, пусть и вредная для здоровья жизнь. Признаться, порой Сторкуль Очист скучала по тем дням — вернее, ночам. И тем не менее, если бы тот чужеземец и Инветт Отврат не обрекли ее на неминуемую гибель, она вполне могла бы вести новое, безупречное существование рыцаря Здравия, полное чистых (скажем так, в основном) помыслов и следования заповедям здорового образа жизни. Ее уважали бы и боялись, и она все так же возвышалась бы на улицах Дива над убогими толпами жалких людишек, которые не заслуживали ничего иного, кроме ее презрительной усмешки.

И было еще кое-что, о чем мало кто знал. Оздоровительные мероприятия могли бы существенно продлить жизнь, но от вызванного ими чрезмерного перенапряжения люди мерли как мухи. Рядовой горожанин явно не был готов к здоровому образу жизни. Многие становились жертвами постоянных упражнений и переедания овощей. Как оказалось, благополучие доставалось дорогой ценой. Лекари докладывали, что в последнее время пациенты чаще всего жалуются на запоры.

— Вот и получается, — пробормотала женщина, пока они взбирались по тропе, — что городу нужно как следует просраться.