Пол испещряли выгравированные пентаграммы всевозможных размеров, среди которых извивалась лишь узкая дорожка. Эмансипор остановился в дверях, облизывая казавшиеся невероятно сухими губы еще более сухим языком. Дыхание слуги участилось, его била дрожь, а на лбу выступил холодный пот.

— Эй, Риз? Что-то не так?

Прищурившись, слуга взглянул на Бошелена, который стоял возле длинного узкого стола, заставленного склянками, стаканами, запечатанными урнами, изящно украшенными маленькими шкатулками, глиняными сосудами, красками, кистями и угольными палочками. На полке над столом располагался ряд приподнятых над ее поверхностью дисков, в каждом из которых содержался крошечный демон. Большинство их неподвижно сидело на корточках в центре своих скромных тюрем, сверкая глазами, хотя некоторые расхаживали туда-сюда, будто посаженные в клетку крысы. На всех виднелись смазанные следы яркой краски.

— Риз?

— А? Нет, хозяин, со мной все в порядке. Более или менее. Наверное, съел что-то не то.

— Тогда идемте со мной и помните, что необходимо держаться между кругами на полу. Вызов демонов — весьма деликатное искусство. Любой неверный шаг может привести к катастрофе. Итак, — он хлопнул в ладоши, — начнем с самой сложной задачи — вызова анделенского высокородного демона, возможно даже королевской крови. Как только мы подчиним себе этого достойного слугу, мы добавим к нему несколько десятков демонов попроще, каждый из которых станет приманкой для Равнодушного Бога, обладающего ненасытным аппетитом. Должен сказать вам, любезный Риз, прошло немало лет с тех пор, как я в последний раз чувствовал себя столь… воодушевленным.

— Угу, хозяин, я обратил внимание, в каком волнении вы пребываете.

Бошелен помедлил, подняв бровь.

— В самом деле? Это настолько очевидно?

— У вас борода дернулась.

— Правда?

— Один раз.

— Что ж, замечу, что вы весьма наблюдательны. Однако я крайне ценю невозмутимость и хладнокровие, как и подобает мастеру некромантии и вызова демонов, не говоря уже о короле-тиране. О нет, я вовсе не намерен становиться одним из тех тиранов-самодуров — их идиотские выходки лишь внушают мне отвращение и, скажем так, приводят в замешательство.

— Угу, хозяин, невнятица, которую несут с трона, есть признак дурного вкуса, как вы сами говорили.

Бошелен поднял длинный палец:

— Самое главное, Риз, — постоянно создавать иллюзию, будто вся власть в твоих руках. А теперь идемте. Вы понадобитесь мне для вызова демонов.

Эмансипор осторожно подошел к нему:

— Что я должен делать, хозяин? Вы что-то говорили про принца демонов?