Вечером третьего дня отряд приблизился к месту слияния Аска с большой, медленно текущей рекой, которую Гарстанг назвал Скамандером. Неподалеку начинался лес высоких пальдамов, сосен и кручедубов. С помощью местных дровосеков пилигримы повалили несколько деревьев, распилили стволы и подтащили торцованные бревна к самому краю воды, после чего соорудили плот. Собравшись на плоту, паломники, сообща навалившись на шесты, сдвинули его в реку, после чего тихо и спокойно поплыли по течению.

Пять суток они сплавлялись на плоту по широкому Скамандеру, иногда почти теряя из виду берега, порой дрейфуя рядом с окаймлявшими реку тростниковыми зарослями. Не зная, чем еще заняться, паломники устраивали продолжительные диспуты, причем их мнения по каждому вопросу расходились основательно и безапелляционно. Нередко они предавались обсуждению метафизических таинств, а также тех или иных тонкостей гильфигитского учения.

Субукьюль, самый набожный из пилигримов, подробно изложил свой символ веры. По существу, он придерживался ортодоксальной гильфигитской теософии, согласно которой восьмиглавое божество Зо Зам, сотворив космос, отрубило большой палец своей правой ноги, каковой палец стал Гильфигом, а восемь капель крови, пролитой в процессе ампутации пальца, стали восемью человеческими расами. Скептически настроенный Рормонд подвергал нападкам эту гипотезу творения:

— Кто в таком случае создал твоего гипотетического «создателя»? Еще один «создатель»? Не проще ли заранее предположить конечный результат творения: мигающее при последнем издыхании Солнце и умирающую Землю?

На что Субукьюль отвечал сокрушительными доводами, цитируя священное писание гильфигитов.

Паломник по имени Блунер упорно проповедовал собственный вариант сотворения мира. Он верил, что Солнце — не более чем клетка организма божества вселенских масштабов, сотворившего космос в процессе, аналогичном произрастанию лишайника на камне.

Субукьюль считал его гипотезу чрезмерно усложненной:

— Если Солнце — клетка организма, то чем тогда становится Земля?

— Земля — микроскопический паразит, извлекающий жизненные соки из клетки организма, — ответил Блунер. — Такие взаимоотношения живых существ встречаются повсеместно и ни у кого не вызывают удивления.

— Что в таком случае заставляет Солнце погибать? — презрительно хмыкнув, спросил Витц. — Еще какой-нибудь паразит, подобный нашей планете?

Блунер приступил к подробному разъяснению сущности своего органона, но его почти сразу же прервал Праликсус, высокий худощавый человек с пронзительными зелеными глазами: