Гадес слышал, что прежде чем использовать Оружие, Сет сначала ударил Осириса обычным кинжалом, чтобы обездвижить. А потом пришла Исида, и так первое в истории убийство бога было предотвращено.

Только сейчас Гадес подумал, что Осирис прав. Он много раз видел Сета в бою – тот никогда не медлил и отлично знал, как нанести удар. Всегда жалил, как скорпион, даже если это могло быть последним действием в его жизни.

– Ты мог позвонить мне. Хоть раз, – сказал Сет. – Наша мать придумала глупый ритуал, чтобы мы с тобой общались раз в сотню лет. Но ты не звонил или не писал помимо этого.

– Ты никогда не нуждался во мне.

– Порой ты поразительно туп, Осирис.

Сигарета горчила, но Гадес улыбнулся: он не мог представить, кто еще в этом мире мог бы вот так заявить Осирису, что он дурак. И губы Осириса как будто дрогнули – даже не намек на улыбку, а только тень ее, отблеск.

– Ты отдал мне слишком много, Осирис. Я убил бога. И не должен был этого делать.

– Если бы ты не сомневался в правильности поступка, было бы плохо.

– Ты отдал слишком много.

– Достаточно.

Внезапно Сет подался вперед, то ли вглядываясь в лицо брата, то ли настолько желая получить от него ответ:

– Я знаю, время для тебя уже давно нелинейно. Что ты видишь? Расскажи. Позволь помочь.

Осирис качнул головой. Почти незаметно, Гадес даже подумал, ему показалось из-за завесы дыма. Будто с момента приема Осирис растерял остатки человечности.

– Я отдал тебе достаточно, Сети.

Что означало, Осирис ничего не расскажет. Фыркнув, Сет снова откинулся на спинку дивана, торопливо стряхнув столбик пепла с сигареты.

– Долбанутый упрямец.

Губы Осириса растянулись в еще большем подобии улыбки.

– Мы не зависим от людей. Мы – это стихийные силы природы, порождения земли. Но даже мы можем умереть. И ты прав, от вечности можно устать. Но твой черед, Сети, еще не настал.

Гадес потер висок. Он толком не помнил, что произошло накануне, остались только размытые силуэты, ощущения. Чай явно отравили, но с Софи все было в порядке, Сет тоже не выглядел обеспокоенным – у Гадеса все еще было много вопросов, но и мешать братьям он не хотел.

– Хорошо, – сказал Сет таким тоном, будто ему все не нравится, но он готов смириться. – Что насчет Анубиса? Не будет ли ему безопаснее в царстве мертвых?