****

Инвенты остались в зале, Бустия шагал следом за Миленцием, от которого андланда отделяла парочка черных мечников, позади шли еще двое бойцов, а замыкали шествие Циания и барабанобрюхие копейщики. За просторным залом приемов оказались достаточно тесные коридоры, по крайней мере для Бустия. Абсолютно круглые за исключением пола, они ветвились, вместо ступеней служили горки, одни из которых уходили наверх, другие спускались вниз. Весь дворец состоял из окаменевшего мицелия, полы и стены покрывала разноцветная ткань, помещения отделяли шторы, и гобелены. Редкие окна впускали немного света, потому везде из стен и потолка выглядывали изящные композиции из разных видов люминесцентных мхов и лишайников. Навстречу часто попадались пауки слуги, иногда стражи, или муравьи, которые по преимуществу занимались ремонтом.

Впереди показалась единственная дверь во дворце. Круглая линза твердого как металл полимера, искусно украшенного по периметру резьбой, и паучьей мордой по центру. Изящный палец королевы, щелкнул длинным когтем по выпуклости на стене. Линза-дверь отошла в сторону, погрузившись в толщу стены.

За дверью тянулся ряд комнат, переходящих одна в другую. Стража осталась у входа, а гость и гриб последовали за Цианией. Шарообразные комнатки, казались слишком маленькими после пафосного зала приемов. Здесь во всем ощущалась рука хозяйки дворца. Шкафы повторяли округлые очертания комнат, под потолком повисли особые сумки для вещей, что служили вместо сундуков. Кое где попадались резные столы из красного и черного дерева. Тут не было окон, а стены и потолок укрывали шелка и гобелены, пол устилали ковры. Сбоку промелькнул бассейн, а еще дальше, в последней комнате стояли шеренги янтарных статуй.

Они прошли через спальню, и оказались внутри длинного помещения. Прохладный ветерок коснулся разгоряченного лба гостя. Последняя комната не имела украшений из шелка, не было в ней и мебели, за исключением стола из серебристой древесины, и стула, обитого белым шелком. Бустия обвел взглядом комнату и содрогнулся всем телом. То, что он принял за статуи, теперь превратилось в неподвижные человеческие останки. От многих сохранились лишь кожа и кости, но пленники продолжали жить. Тела, подвешенные на веревках из паучьего секрета, слегка покачивались. А шелковые нити нежно опутавшие руки и ноги бедолаг едва слышно шуршали. Отчего казалось, что узники перешептываются между собой.

Из дальних уголков зала прибежали синие пауки. Они поприветствовали королеву, и выстроившись вдоль одного из рядов янтарных людей ожидали пока Циания выберет жертву.