— Я бы хотел назад свой тесак, — пробормотал Гагарка. — Только его увела ваш полковник.

— Если ты вернешься с нами, я попытаюсь найти его.

— Нет резать! — Орев перепрыгнул с плеча Шелка на плечо Сабы, чтобы тщательно оглядеть меч.

Она обнажила его и сделала полшага назад, держа его за клинок обеими руками на уровне глаз.

— Клянусь на мече, что, пока кальде Шелк находится на моем корабле, я буду делать все, что он говорит мне, и, когда я повезу его и его друзей в их город, они будут пассажирами, а не пленниками.

Шелк кивнул:

— На этих условиях, генерал, мы возвращаем вам командование.

— Вы разрешаете мне поговорить через стекло с Дворцом и рассказать им, что происходит?

— Если вы так решите. Вы — командир.

Саба опустила меч:

— Если я нарушу клятву, вы можете взять его и сломать.

Она провела их через гондолу в наполненную воздухом каюту, из которой Шелк выбрался на палубу. В ней стояли шкафы, большой стол и два кожаных кресла; на одной из стен, рядом с дверью, висело стекло.

— Это штурманская рубка, — сказала Саба Шелку, — нервный центр моего корабля; здесь находятся наши карты и приборы для навигации. И голосовые трубки, через которые можно говорить с офицерами в кокпите. Вы слышали о них? Чем-то похоже на стекло, но связь только с одним местом, и все, что вы можете сделать — говорить.

— Вот здесь ты и должна быть, — сказал Гагарка, но Шелк покачал головой.

— Прямо над нами, — показала Саба, — люк. В основном мы выбираемся наружу, чтобы измерить угол между кораблем и солнцем. Сейчас он должен быть равным нулю. — Она сглотнула. — Я проверю его, как только поговорю с Дворцом.

Рог коснулся руки Шелка:

— Не возвращайтесь туда, кальде. Пожалуйста?

— Ты был там, наверху? — спросил Гагарка. — Я слышал, что кто-то едва не крантовался.

— Он собирался спрыгнуть, — сказал Рог Гагарке. — Я схватил его и, похоже, вытянул назад, только ничего не помню: какая-то борьба, крыша исчезла, и музыка. — Он озадаченно посмотрел на Шелка. — Мне кажется, что где-то внизу проходил концерт.

— Я увидел зло в витке, — объяснил Шелк. — Я думал, что знаю его, хотя на самом деле не имел ни малейшего понятия. Несколько дней назад я стал его видеть более ясно.