Креол расстарался. Здесь он обошелся без демонов, но уж его рабам пришлось потрудиться. Трапезу маг устроил такую, что не стыдно подать и императору… ах да, именно ему же ее и подают.

Энмеркар сразу пришел в доброе расположение духа. Он пил сладкие вина и ел мясо, кидая объедки прямо в очаг. Так же поступали и его слуги, поскольку император повелел им чувствовать себя как дома. Не съел ни крошки лишь стоящий за правым плечом государя глашатай, и его взгляд был холодней магического погреба.

Креол отвечал ему столь же враждебным взглядом. Сей ничтожный служка — Эр-Темметху, один из самых родовитых аристократов Шумера, но при этом не маг и не жрец. Давно известно, что он полагает магов и жрецов забравшими слишком много власти и все время вливает в уши государя яд, нашептывает ему, что Шумер только выиграет, если меньше золота будет оседать в храмах и башнях магов, а больше — у лугалей и землевладельцев.

Тьфу на него.

— Видишь, государь, что я тебе говорил? — негромко сказал Эр-Темметху, наклонившись к жующему виноград императору. — Посмотри на этот стол. Даже ты, о светлый государь, не питаешься так. Они все одинаковы. Все думают лишь о своем желудке и кошеле. А что бы они ответили тебе на призыв о помощи, если б не было мудрых законов всеобщего илькума?

— Эр-Темметху, по-настоящему сильные маги могут вообще уйти из общества людей и жить, окруженные магическими слугами и собственными чудесами, — сказал Креол, поводя рукой. — Взирай, о государь, мои слуги и я сам немного увеселим твой взор.

Из тени выступили Орноме и Атха, еще две демоницы из легиона Элигора. Их способности годились только для развлечений, но сейчас был как раз удачный момент.

Орноме творила иллюзии. Магические миражи удивительной красоты и реалистичности. Императорская свита ахнула от изумления, когда Орноме заставила стены исчезнуть, растворила сам Шахшанор в небытии и наполнила пространство вокруг танцующими девами, летающими обезьянами и трубящими розовыми слонами.

Чудеса сыпались, точно из рога изобилия, а тут вступила и Атха. Она управляла небесами. По ее воле облака двигались, словно живые, образовывали в необозримой выси слова и узоры. Разрываясь на множество клинышков, они написали в небе «Слава императору Энмеркару», и тот невольно захлопал в ладоши.

Не отставал и сам Креол. Он демонстративно призвал с помощью Хубаксиса еще одного демона, зверски-кошмарного Имзеррого, и тот послушно рычал, послушно ярился, послушно хлестал своими щупальцами, но владыка Шахшанора показывал, что тот повинуется всякой его воле, а значит и воле императора.