— Слишком до хрена. Как будто здесь весь ПДФ. — Сказал Эдуард.

— ПДФ? — Не понял Ру.

— Правоохранительный департамент Флориды. У них здесь база неподалеку, но если их набежит еще больше, то только потому, что здешним копам требуется помощь.

— Они что-то обнаружили? — Спросил Мика.

— Если да, то ничего хорошего. — Сказала я.

Натэниэл мотнул головой, а потом и всем телом — как собака, которая отряхивается после купания. Но ему нечего было с себя стряхивать — по крайней мере, я ничего такого не заметила. Он сделал несколько глубоких вздохов, выдыхая при этом как можно медленнее и спокойнее.

— Ты в порядке? — Поинтересовался Ру.

— Нет. — Ответил Натэниэл. — Здесь так много полиции. Наверное, они обнаружили что-то плохое. Может, Денни и другая девушка уже мертвы. Но мысль о том, что Денни, которая была такой хорошей, может исчезнуть навсегда, прочищает мне мозги.

— Прочищает тебе мозги от чего? — Уточнил Эдуард.

— От Ранкина.

— Что ты имеешь ввиду?

— Стоило мне увидеть его, как тут же захотелось подойти ближе. Помню, он говорил, как мне следует признаться в том, что я творил с девушками, и я хотел сказать ему именно это.

— У тебя что-то было с Беттиной Гонзалес? — Спросил Эдуард. Я была рада, что это сделал он, потому что не была уверена в том, что смогу задать этот вопрос сама.

— Нет. — Ответил Натэниэл, и все его тело говорило о том, как это неправильно, но потом он вдруг нахмурился и попытался разглядеть Ранкина в толпе. — Нет, клянусь, я и пальцем ее не трогал. Но он думает иначе… нет, не так. Он хочет, чтобы я сказал, что это сделал я. Он заставляет тебя признаться в том, чего ты не совершал, заставляет тебя хотеть сделать это.

— Ты испытываешь аналогичное желание? — Спросил Брэм Мику с заднего сиденья.

— Я не ощутил потребности в признании, но мне правда было сложно уйти. Я был у двери, потом вдруг Ранкин что-то сказал. Я даже не помню, что именно, но я просто не стал открывать дверь. Как будто меня что-то остановило. Это происходило несколько раз, но я не могу вспомнить, что он такого сказал, чтобы задержать меня в комнате.

— Он задавал мне однотипные воросы. Разные варианты на тему того, что я сделал с Беттиной, где она была. Я помню, что он говорил мне. — Сказал Натэниэл. — Но я оставался не поэтому. Я подумал, что мне следует заткнуться и выбираться оттуда, но он вдруг протянул руку к моей, или даже обхватил меня со спины, и я просто не захотел этого делать.

— Погоди, он к тебе прикасался? Он трогал тебя во время допроса? — Уточнила я.

— Нет, не так очевидно. Он как будто просто врезался в меня, пока шел за мной. Похлопал меня то ли по руке, то ли по спине, но большинство его касаний были незаметными.